Найди своего Медведя. Славянские мифы и сказания

И так его расстроило то, что только один упырь и остался, который не станет к нему плохо относиться, что загрустил и завыл тихонько Соловей.

– Да перестань ты, – успокаивал его Волк, – ко всему привыкнуть много, а ты станешь князем упырей.

– Будешь князем упырей, – передразнил волка вынырнувший из кустов кот Баюн. Он давно уже там прятался, и всегда готов был найти что-то хорошее во всем, что творилось там теперь.

– Волк, тебя давно уже все потеряли, сбились с ног, я Соловью упыря привел, а нам с тобой пора в заповедный лес, хватит тут уже с ним возиться.

Кот говорил так сердито, что волку ничего не осталось, вздохнуть в свою очередь, да и отправиться за ним. Соловей насупился и молча смотрел им вслед так, что земля могла гореть под ногами и лапами. Одиночество – это страшное испытание, которое не каждый выдерживает, а Соловей особенно сильно страдал, он был парнем компанейским.

ГЛАВА 15 ЧТО С ИЛЬЕЙ

Так вот все вроде бы и утряслось в заповедном лесу, только как оказалось совсем и не утрясалось, потому что, Соловей стал все чаще пока тайно сталкиваться с Ильей, а службу тот нес исключительно там, около дремучего леса и леса Мертвых.

Злость Соловья постепенно прошла, потому что в душе он оставался добрым малым, хотя порой это было так глубоко запрятано, что и сам Соловей докопаться до такой глубины не мог. Но тревога оставалась тревогой.

Долго думал и гадал Соловей, а тут его снова наш кот Баюн и навестил. Очень обрадовался Соловей, кот же насторожился.

– И чего это ты так радуешься, даже и не пойму, сколько не стараюсь.

– Да поговорить совсем не с кем стало, но может ты мне и расскажешь, что с Ильей там творится.

– А ты про это, – задумчиво замурлыкал кот, – плохо дело брат Соловей.

– Сам вижу, что плохо, может, объяснишь, а что плохо-то?

– Да с тех времен как ты помер, все плохо, – кот искоса посмотрел на Соловья, чтобы увидеть, что тот думает об этом обо всем.

– Ему житья никакого нет, а ты только развлекаешься, театр устроил, над мужиками измываешься, сам привидением заделался, Соловью шутки, а богатырю только беды и страдания.

Кот так тяжело вздохнул, что лапы его притворно подкосились, и он растянулся на траве. Соловей с досады даже шишкой еловой в него пульнул.

– Кто бы про театр говорил, – заявил Соловей, – если есть у нас актер настоящий, так это ты, черти не дадут соврать.

– От тебя стараюсь не отстать, – встрепенулся кот.

Но Соловей уже завелся так, что его не остановить.