Найди своего Медведя. Славянские мифы и сказания

Бес не стал появляться, чтобы не смутить его, и жил Соловей еще какой-то срок в спокойствии, даже припеваючи, уверенный, что он с Ильей расправился.

– На роду у него написано, что он меня прикончит. Читать бы сначала научились, а то все грамотные шибко стали. Но мы еще поглядим, кто кого. У меня на роду совсем другое написано. И пусть ни один молодец не суетится больше, от меня даже Леший сбежал, будут знать, как с таким разбойником дело иметь, – распалялся Соловей, как только Тарас снова к нему заглянул.

– Леший сбежал, потому что на такой помойке, которую ты тут сотворил, он жить не желает, – напомнила ему Надежда.

В последнее время она из безропотной и безгласной служанки дерзкой стала. Соловей еще раз взглянул на труп воина, словно этот его последний подвиг ничего не значил даже для этой туповатой и простоватой девицы.

Но что-то в глубине души ему подсказывало, что добил он с дуба совсем не того, кого следовало, не был на богатыря этот тип похож, как ни крути.

– Черт обманул меня, он просто хотел испытать, нет, и не может быть никакого парня, – размышлял в это время разбойник.

Но чем больше он думал, тем яснее понимал, что все утрясется, и со временем совсем успокоился. Но беда во все времена приходила неожиданно. К тому времени Илья уже успел похоронить Святогора и готовился выйти на рассвете на ту самую большую дорогу, которая и должна была его к Соловью привести.

№№№№№№

Тарас, соорудив на физиономии своей гримасу печали, сообщил всем обитателям заповедного леса, что с Соловьем они могут попрощаться. Но особенно желающих не нашлось.

– Все там так серьезно? – осведомилась Кикимора, – а кого же тогда ему давеча забить удалось?

На этот вопрос у Тараса не было вразумительного ответа. Но он знал, сколько бродячих воинов, а то и просто бродяг в этом мире развелось.

Только соловей и знать не мог, и слышать не слыхивал, что не все из того, что ему первым под руку попадается, и должно тем самым воином оказаться, против которого он меч свой вострил.

Глава 23 Тревоги и огорчения

Пока Илья пробирался по чаще, свист повторился снова. Но на этот раз магическая сила его была уже не так велика, как прежде.