Найди своего Дракона. Волшебные хроники

Хоть ты и ведьма, но ведь это упырь, ты таких еще и не видела.

– Не сбегу, – заявил упырь, – я ведьме помогать стану. Вместе мы заживем хорошо, дружно. Лучше с ведьмой душа в душу жить, чем на том болоте оставаться.

– Ну, зарекался упырь не сбегать и помогать ведьме, словно ты что делать умеешь, – Соловей тоже отступать не собирался, особенно когда все были против него.

– Не умею, так научусь, – стал отпираться Фрол.

– Напучиться, даже тебя мы когда-то многому научили, а он не такой болтливый и упрямый.

– Это что же выходит, что я хуже упыря? – подпрыгнул на месте Соловей. Он чувствовал, что чем дальше в лес, тем больше дров.

– Значительно лучше, только оставь нас в покое, у тебя в дремучем лесу делать нечего, найдем, не переживай, там все мхом- травой заросло, а ты тут упырей делишь

– Тогда я упыря с собой возьму, пусть поработает немного, – Соловей решил сменить гнев на милость.

– Сам справишься, а он пока со мной останется, – Ажбета тоже от своего отступать не собиралась.

– Не надо вам обеим связываться с упырями – заявил кот, который и без того долго молчал. Он ясно почувствовал, что мир сходит с ума.

– Упыри бывают разными, как и коты, – говорила Василиса, наверное, на Макара намекая, – а доброе слово и упырю приятно, у нас скоро драконы повыводятся, тогда и упырь пригодится… Жить без чудовищ как-то скучно и пресно, без них тяжело будет.

Все сразу же вспомнили, с чего все и начиналось. Они же все из-за пропавшего яйца всполошились.

– Фрол хороший, хоть и упырь, – говорила и коту и Соловью Василиса, – мне уже пора, но я вернусь, как только смогу, теперь тем более. Не у каждой царевны свой упырь есть, Фрол, ты уж нас с Ажбетой не подведи, ведь ничего хорошего в чужом мире не будет. Я и то знаю, что лучше заповедного леса нет ничего на свете. И ты это узнаешь, когда не в болоте будешь валяться, а делом займешься.

Упырь улыбнулся, наверное, в первый раз за всю свою горемычную жизнь. Слова Василисы стали бальзамом на его израненную душу. Он даже отвернулся, чтобы никто не заметил, как он расторгался.

А Соловей топнул ногой от досады и исчез.