Мы встретимся снова. Мифомистика 21 века

Но как во сне можно видеть то, чего никогда не случалось наяву, что может значить такой сон?

Тогда, в той жизни он видел этот танец, не смог приблизиться к ней.

– Жрица древнего бога, – прошептал путник.

И смутные воспоминания не давали ему покоя, но еще больше волновал этот чудесный танец. Так прошлое слилось, сплелось с настоящим, и уже не разобрать как и что там происходило. Но чары были так сильны, что плоть его ответила на происходящее, и сам он был потрясен еще больше, когда обнаружил это.

В то мгновение девушка неожиданно остановилась и взглянула на него с вызовом, словно бы почуяв его присутствие.

– Кто ты такой и что тебе нужно? – спрашивала у него Танцовщица.

– Ты танцуешь, это должен был кто-то видеть, – как -то неопределенно произнес он.

– Мне никто не нужен, – отрезала Саломея, – иначе я бы танцевала в императорском дворце. Но не дождутся они от меня этого танца.

Никто никогда прежде так не разговаривал с Иоанном.

– Она просто сумасшедшая, – решил он про себя.

Впрочем, мало ли людей в этом мире, которые и его самого считают умалишенным. Но он не оступится от того, чтобы изменить этот несовершенный мир, что бы они по этому поводу не думали.

Но пока он огляделся на окружавший мир и отвлекся, девушка растворилась в тумане и исчезла. Что это за шуточки такие? А он не верил, что в мире есть что-то, способное потрясти его до глубины души. Это он привык всех заставлять удивляться и подчиняться, и вдруг. Но кто она такая на самом деле, как она легко и просто говорит про императорский дворец, словно и на самом деле всегда там оставалась.

Мальчик, родившийся в семье, где уже и не мечтали о детях, посланник небес, после того, когда мать узнала о его появлении в утробе своей и готова была умереть от счастья, этот мальчик покинул близких и отправился в пустыню, как только подрос и возмужал. Он так мало общался с простыми смертными, взор его все время был устремлен в небеса.

Мать пыталась понять своего сына и не могла, как ни старалась.

Именно там, в пустыне, в одиночестве он привык к отказу от многих радостей и не думал даже о том, что они возможны, но закалил свою волю, и ни на что никогда не жаловался. И там, в пустыне, где все казалось нереальным, он видел другие страны и города, к нему приходили люди из прошлого и грядущего.