Коляда, Снегурочка, Ярило. Молодые боги и кот Баюн

Вот собственно предыстория того, как Горыныч оказался замешан в это темное дело, и куда пропал настоящий Емеля, после того, когда его достали из Снеговика. Горыныч ничего не перепутал, у него в лапах был именно Емеля и оказался он высоко в горах в пещере у змея. Да прямо в объятиях у Дуная и оказался. Ждать герою пришлось недолго.

– Это ты? – удивленно спросил Емеля

– Это я, – спокойно отвечал Дунай, – на тебя надежды мало, потому мир и Василису спасать придется мне. Но я не ною и не жалуюсь, каждому свое.

Он так тяжело вздохнул, словно это было для него тяжким делом.

– Верни меня назад, – потребовал Емеля, – я никому не скажу, что Змей для тебя меня украл, вот и волки будут сыты и овцы целы.

– А кто тебя знает, может, вы со змеем действуете заодно? – спросил Дунай, решив запутать Емелю окончательно. В этом он был мастер, каких мало в этом мире. И прожил на свете дольше, и знал-ведал больше.

– Хочет он того или не хочет, но я должен его спасти, – решил Дунай, и сказал о том Змею, хотя тот окончательно запутался, и не мог уже понять кто, кого и от кого спасает.

– Так с вами свихнуться недолго, – махнул он лапой и отправился спать.

Когда сделал дело, то спать можно смело. Только сна не было ни в одном глазу, все какие-то страхи и ужасы мерещились Змею в те самые дни, а вернее ночи, потому что когда совесть не чиста, спать спокойно никак не получается.

№№№№№№№

Но в то самое время в мире случилось и еще кое-что очень важное.

Напрасно надеялся Дунай, что пока он на грифоне рассекает, его верная жена будет тихо вышивать или вязать около камина, тяжело вздыхая и поджидая его, приносить дары Ладе и просить ее о том, чтобы она поскорее вернула мужа назад. Делать то, что в таких случаях чаще всего славянки и делали, но она же была совсем из другого мира, и не собиралась сидеть, сложа руки.

Елена поняла, что он что-то затевает, во что-то может вляпаться, потому переоделась быстро в одежду воина.

26 Василиса пробудилась

Мы с вами помним, что Ажбета сварила свое зелье, которое должно было снять Ладины чары с Василисы, и наконец заставить ее пробудиться.