Кошмар победы. Князья и воины

Он понимал, что был победителем и волен отправиться куда угодно, но он будет оставаться под Киевскими стенами и ждать того часа, когда помрет его соперник, когда он получит известие о гибели Игоря. Это было почти невозможно. И только тогда он сможет что-то предпринять. Он с самого начала совершил ошибку, потому что действовать нужно было решительнее, а коли завоевал город сей, выходит в него, никого и ничего не ждать, не церемониться со Святославом. И бес неспроста над ним потешается, так будет и дальше, так всегда будет.

Бес хитер и несговорчив. Он сделает то, что обещал и обольщать, и задабривать его надо было раньше, а не теперь, когда он ему кучу всего наобещал, наговорил гадостей. И он не пойдет на попятную ни за что. Хотя, возможно и тогда было уже поздно.

Но если это так, почему тогда он держит Игоря в плену, почему он допустил этот плен.

И тогда он понял, что тут одно из двух, или он не так могущественен, как говорит, но это было мало похоже на правду. Ничего третьего он придумать не мог и страдал невероятно, напрасно ломая себе голову.

И Всеволод молчал, как рыба в воде, но дикая волна страха уже схлынула, не было больше этого жуткого ощущения. Рюрик, наконец, взял себя в руки и решил, что не все потеряно. Его просто стараются запугать. Он понял, что если бес и может что-то, то не так много, как могло показаться с самого начала. Он же может обмануть весь мир. И хорошо, что он мог рассуждать при этом вполне здраво. И все казалось не так тяжко и не так страшно.

Может, я и ввязался в странную игру, – сам себя ободрил он, но это даже интересно, это замечательно, я смогу все, я справлюсь с этим, и никто не запретит мне подняться выше собственной головы.

А раз бес мне угрожает, то видно и я чего-то еще стою.

И он скакал на коне своем с высоко поднятой головой, и не было силы в мире, которая могла разозлить и обидеть его.

– Он силен, – говорил Рюрик, – но пусть он попробует меня уничтожить, только не дождется, чтобы я проиграл, никогда не дождется он этого, – думал Рюрик, глядя на свою крепость, которую уже почти достроили его люди.

Вот так и во всем, он построил первую крепость, а дальше все будет так же прочно и надежно, и никто не заставит его сдвинуться с места, ни Игорь, только и сумевший в плен сдаться, ни кто-то иной. Он станет великим князем. И мысли эти могли вдохновить на любой подвиг и на любое злодейство.

И теперь князь дивился тому, что совсем недавно он мог так раскиснуть, и почти упасть из седла.