Кошмар победы. Князья и воины

Он пригляделся к молчаливому собеседнику своему и видел, как он бледнел и морщился.

– Что же ты не спросишь меня, кто именно так поступит? Рюрик Ростислава твоего во многом обогнал, сынок в коварстве папашу переплюнул, а он, мерзавец, еще мечтает, чтобы я ему в этом помогать стал. Бес показывал свое искреннее негодование. И Роман, хотя он не так коварен и подл и о благородстве иногда задумывается туда же прет, потому что привык быть только с победителями. Ему приходится с подлецами знаться, но это его не оправдывает.

А то, что Всеволод творить станет, это ты должен своими глазами узреть. Мне ты все равно не поверишь. Могу признать, что тебе это не снилось – это первая моя похвала тебе за все времена. И усмешка, по – настоящему зловещая, озарила довольную рожу его.

– А остановить их нельзя? – спросил очень тихо Владимир, готовый идти на какую-то сделку, но он заранее знал ответ беса. И бес не потрудился ему на это отвечать.

– Я не хочу на это смотреть, – запротестовал он.

– А я и не спрашиваю тебя, хочешь ты этого или нет, – усмехнулся он. Все будет так, как надо, и нечего выделываться.

Он был подчеркнуто груб, и не собирался меняться по отношению к князю.

– Ты с ними потом пообщаешься, когда они с тобой рядом окажутся. Первого круга этим троим не видать, как собственных ушей, по крайней мере, Рюрику и Всеволоду точно.

Он решил, что о наказании для Романа стоит еще подумать, он хотел быть суровым, но справедливым. Он оставался в этом мире последним оплотом справедливости, других просто не было уже.

Подумав еще немного, и чтобы доставить князю побольше огорчений, он все-таки прибавил:

– Но учти, дорогой, чего бы они ни натворили, с тебя больше спросится. Это ты показал им, что все дозволено. Это ты толкнул их на все пакости. Тебе за все и отвечать. Они пока только готовятся к делишкам своим, – успокоил его насмешливо бес, ты еще ничего не пропустил, и все увидишь, что происходить будет.

ГЛАВА 6 ПРОРОЧЕСТВА

Бес уже хотел оставить Владимира одного.

Он и с любимцами своими не особенно считался, а об этого просто копыта вытирал. Но когда тот разомкнул уста свои, ему стало интересно, о чем же тот ему сказать сможет.

– Может, и были какие грехи мои, – угрюмо говорил он, но народ мой меня любил, Святым до сих пор называют.

Он даже не сразу понял, что бес хохочет над этими словами его. Такие странные звуки раздавались из уст его.