Королева снегов. Елизавета Ярославна

Какими разными были его дочери, к каждой он должен найти свой подход, чтобы ничего не распалось, и все оставалось на уровне, как же трудно быть властелином, даже если ты и мудр.

Елизавета, она пока свободна, но даже если бы сам Перун захотел взять ее в жены, и его князь посчитал бы недостойным дочери своей. Елизавета отправилась в гридню, чтобы, наконец, взглянуть на Гаральда. Она отыскала воеводу, чтобы долго не ломать себе голову, да и решила его обо всем спросить.

– Все девицы говорят об одном твоем воине, и только я не видела его ни разу, – произнесла княжна.

– Обидно, что не обо мне идет речь, но кто же этот счастливец?

– Взволновал их норвежский принц Гаральд.

– Не принц он никакой, это все враки, но видно неспроста и сам я его вспоминал, – говорил воевода в тот момент.

– Так какой из них он? – не отступала Елизавета.– Она и на самом деле не знала его, – здесь ли он, или куда ты его отправил?

– Да где быть ему. Вон мечом размахивает с такой силой, что все в разные стороны разлетается.

И если близко подойти, то и голову снести может, – и он указал в сторону Гаральда, не в силах скрыть своей досады.

Елизавета внимательно на него посмотрела. Это был не тот человек, который ей приснился недавно. Он молод, высок, светел. Он хорош, но суров.

– А он улыбаться умеет? – почему – то спросила у воеводы Елизавета, она не скрывала своего разочарования.

– Он умеет сражаться лучше многих и не с каждым говорить станет. Пришел к нам израненный и ослабевший, думали и не выживет, но сама полюбуйся, каков.

Быстро поправился и лучшим из лучших стал. И хлеб княжеский есть недаром.

Воевода был хоть и суров, но перед княжной хотел оставаться справедливым. Но княжна не особенно его слушала. Она думала только о том, что ей снился совсем другой человек. Этого она могла вообще не заметить, если бы им не пришлось столкнуться. Воевода говорил, что он хороший воин, но разве мало у князя Ярослава хороших воинов. Да и не узрит она его в схватке, если какие-нибудь печенеги не прорвутся прямо в палаты их.

Надо признать, что было в нем что-то этакое. Если снять доспехи, так обезличивающие людей, если бы увидела она его в плаще княжеском на белом коне, то сразу бы заметила и не забыла, но пока он только воин, один из многих.

Много времени прошло с тех пор, как мечтала она о принце на белом коне, но так и не видела его нигде. А если они и приезжали, то вовсе не для того, чтобы сделать ее своей королевой.