Королева снегов. Елизавета Ярославна

Ни у кого из них никаких надежд не оставалось больше. Но не столько гнева княжеского они боялись, сколько сама Елизавета – умная, своенравная и насмешливая пугала их. Она слыла колдуньей, в храме не появлялась, даже когда сам князь шел туда. Монахи и священники уже забыли о ней и не тешили себя надеждами. Но принуждать ее к чему-то было невозможно. И то, что не прощалось другим детям, ей сходило с рук.

– Она с самого рождения нашего князя околдовала, – говорили в те дни многие, и при этом поспешно крестились.

После свидания с Волхвом в заповедном лесу, княжна ждала своего жениха. Она так часто представляла то солнечное утро, когда он появится на княжеском дворе, он появится на белом коне, и она в тот же момент его узнает. Он увезет ее в свой прекрасный замок. Отец испытает его на прочность сначала, без этого не обойтись, но он исполнит любое желание и все будет замечательно у них потом. Он расправится с толпой княжеских воинов, и усталый, возможно кем-то раненый, он вернется назад.

Анна за это время стала замкнутой, и на лице ее были написаны обиды на весь этот мир. Она казалась злейшим врагом. И сколько не пыталась Елизавета с ней поговорить, ничего у нее не получалось.

– Что еще говорил твой монах? – сердилась Елизавета, – я попрошу отца, чтобы он отправил его подальше и не забивал твою голову глупостями.

– А я скажу всем, что ты умеешь колдовать и в лесу встречаешься с ведьмами, и на Лысой горе вы там собираетесь ночью и развратничаете с Дьяволом самим.

При этом ее глаза страшно сверкнули.

– Я и тебя бы с собой взяла, если бы ты со своим монахом не была все время, – говорила ей Елизавета, но Анна только отходила от нее подальше.

– Тогда бы ты увидела, что с ними интереснее, чем с твоими тупыми и скучными монахами, которые и просто жизнь большим грехом считают.

Но Анна была напугана, ни о чем думать не хотела, ничего не видела и не слышала.

Елизавета все чаще обращала свой взор к маленькой Анастасии, девочка была к ней очень привязана. Она не особенно усердно молилась богам, она была просто хорошеньким и добрым ребенком. Но от прогулки в заповедный лес она отказалась и только улыбнулась загадочно. Она видела, что ей не будет особенно жаль расставаться с матерью, которая почти не интересовалась их жизнью.