Кикимора спасает мир. Сказки XXI века

И не успокоить его, и не унять никак.

Царь Морской, забравший многих, позволил ему вернуться домой с победой и богатствами. И с волей его не поспоришь.

Старик долго молчал. Неподвижно стоял он перед огнем. Все замерло: и жрецы и вестник – ни один не шевелился, кажется, они даже не дышали.

Никто не решился бы в тот момент произнести ни одного слова. Но он сам резко повернулся к ним. Бесстрастный и отрешенный, словно и не было той вспышки гнева, стоял он перед ними. Он давно понял, что огонь легко может унять любую ярость, стоит только пристальнее на него взглянуть.

Но жрец, бывший в тот момент во дворе храма, сообщил, что князь ждет его. В такой час?

– Что ему надобно? – вырвалось у волхва.

Он дивился дерзости властелина. Ему ведомо, что в такое время его не может быть в храме, и уж никого кроме своих богов принимать он точно не станет.

Но он жестом отпустил жреца и двинулся к выходу. Не здесь же, перед священным огнем, принимать чужака. Не бывать этому. Тот и без того страх совсем потерял.

Лицо волхва казалось каменным. Он и сам был одним из тех божеств, взиравших с высоты на людей.

№№№№№

Волхв сразу заметил князя и остановился перед ним на приличном расстоянии.

Но исподлобья волхв старался разглядеть победителя. В полумгле Олег казался моложе и сильнее, чем хотелось старику. Он переживет всех и навсегда останется победителем.

Но видел ли он это в Книге Судеб или сам так решил с досады – не разобрать

– Радостно зреть победителя. Ты так спешил, что не мог дождаться рассвета? – вопрошал он.

Голос его звучал глухо, и не понятно было, издевается ли он или просто так привык беседовать с миром. В уголках губ мелькнула усмешка. Но он наклонил лицо, не желая раскрывать истинных своих чувств.

Князь нахмурился. Не такого приема он ожидал.

А сколько слышал он о могуществе кудесников. Но столкнулся с этим лицом к лицу и едва устоял. Тогда он был юн, но ничего не изменилось и за эти годы. В тот миг особенно ясно ощутил это князь.

Он знал, что противостоять им, бороться с ними будет до последнего вздоха. Слова своего, данного в юности князю Рюрику, он не нарушал, хотя всякое случалось.