Герои на дороге не валяются. Волшебные хроники

Если он жить на свободе хочет, да самое главное – подальше его назад отправлять.

Так он и решил поступить.

И недолго думая, Балда оказался там, на той стороне лабиринта, Упырь с ним долго и разговаривать не стал. Пробурчал что-то на прощание, да и сбежал куда-то, дорогу показывать в заповедный лес – это уже лишнее, не дело это упыря. И хотя у лабиринта в прошлый раз Балда на Горыныче был, и дорогу по земле запомнить не старался, но не сидеть же на месте. Решил он, что духи есть повсюду, а язык его до заповедного леса и доведет.

№№№№№№№

Черти едва успели поблагодарить дракона, да дух перевести, а все снова переменилось.

Видно тогда они и стали поговорку сочинять о том, что нельзя говорить гоп, пока не обнаружил Балду надежно спрятанным, а лучше крепко связанным в лабиринте, ведь он совсем в ином месте оказаться может. Тогда все твои усилия насмарку пойдут, не только лучшей жизни не получишь, но будет все еще хуже.

А пока они должны были, ругаясь самыми нехорошими словами, снова встречать своего героя, и постараться спрятаться, ведь тот, кто спрятаться не успел, тот останется на виду, и на нем Балда в первую очередь и отыграется.

Но пока Победитель возвращался назад, он заметил Горыныча, который узнал от Оза какую пакость тот совершил, решив помочь чертям избавиться от героя.

Горыныч не долго думал, и направился туда, чтобы помочь Балде, да извиниться за своего безголового брата, привыкшего чертям легкомысленным доверяться, а потому так жестоко поступившего с лучшим из парней, к которому сам Горыныч привязался, да что там – прикипел всей душой.

Так со Змеем они на середине пути во второй раз встретились.

Глава 25 Два змея и Балда. Хочу все знать

Горыныч к бывшему пленнику успел первым, его никто в пути не опередил.

– Ты уже свободен, – радостно на лету всплеснул лапами Горыныч.

– А сколько мне надо было там томиться? – недоверчиво спросил Балда, – ну хорошо все у нас получается, человек исчез в одном месте, заброшен в другое и никто ничего не видит и не слышит.

– Так ведь я тебя летел спасать, дорогой ты мой, – но вижу, ты мне не особенно веришь, и даже в чем-то обвиняешь?

Горыныч сделал вид, что он страшно обижен и собирается отправиться назад, даже не взглянув на Балду.

– А я думал, что черти тебя сторожить меня отправили, – заявил в тот же момент Балда.