Герои на дороге не валяются. Волшебные хроники

Наша красавица-бабочка совсем не хотела превращаться в Кикимору, пусть не завтра, пусть когда-то, но это так страшно и горько, когда ты красавицей родился. Черт увидел, какое действие имели его слова, и очень обрадовался. Довольный он отправился к себе, рассуждая, что правду в глаза говорить полезно и хорошо. А он слышал от кота Баюна, что рано или поздно все бабочки становятся Кикиморами.

– Только не вздумай им о том говорить, пусть они порадуются и поживут в неведении. Еще успеют об этом узнать в свой срок.

Черт тогда торжественно пообещал, что говорить не станет, но вот что из этого вышло. Стоило ему только разозлиться, камень пнуть, и бабочка узнала страшную правду.

Глава 9 Бедная, бедная бабочка

А что же наша красавица?

Она едва летела, уже никуда не смотрела, и казалась бессильной и несчастной.

– Кикимора, Кикимора, я не хочу быть Кикиморой, – твердила она, словно это могло ее спасти о неизбежного превращения.

В тот момент бабочка пролетала мимо нашего лесного озера, где русалка грелась на солнышке, к ней шел поболтать кот Баюн.

Он увидел прекрасную бабочку, о которой столько говорили в лесу. Только была она какой-то странной.

– Она что, летать не умеет? – спросил кот у ворона, встречавшего его радостным карканьем, – вроде такая легкая, а как-то плохо летает.

– Да нет, – отвечал ворон, – давеча очень резвой была, пока с чертом не столкнулась. Ворон понял, что каркнул лишнее, но слово уже вылетело – не поймаешь.

– С каким чертом? – насторожился кот.

Хотя он с чертями общался больше других, но доверял им еще меньше, оттого, наверное, что знал их, как облупленных.

– Прохора, – каркнул ворон, гордясь своей памятью.

Хотя чертей в заповедном лесу было очень много, даже после того, как наши старые знакомые сбежали, но кот помнил всех в лицо и по рогам даже мог отличить одного от другого.

– Я так и знал, худшего спутника и советника, чем наш правдоруб и не найти.

Но больше они ничего сказать не успели, бабочка покачнулась и полетела камнем, а вернее разноцветным камешком, вниз.

– Чего ты, вытащи ее, – крикнул кот ворону.

Тот и сам уже туда бросился к болоту, только старый шмель, непонятно откуда взявшийся, его опередил, и бабочка была уже в его мягких и ласковых лапках.

Он подхватил ее прямо над водой и донес до берега. Положил на листочек и уселся рядом. И любовался ею теперь.