Чурила и Соловей Разбойник. Волшебные хроники

Ему ли не знать, где именно нужно было искать Чурилу, ведь накануне именно там он их с Соловьем и оставил, когда в лапах Горыныча оказался случайно.

Чурила особой радости не выразил, но и не злился сильно, потому что от Балды зависела и его дальнейшая жизнь тоже.

– Тут многое за малый срок переменилось, – говорил он. – И мы решили, что не стоит мне идти на царскую службу, ты так ему и передай. Только если что-то там случится у вас, хазары какие нападут, так ты смело на нас положиться можешь, мы с Соловьем вам на помощь придем, а может и Горыныча с собой прихватим.

Чурила щедр был на обещания, если это казалось других, но теперь он почувствовал в себе силы небывалые и божественное начало, которое и царь приметил накануне. Приметить-то приметил, но объяснить никак не мог, как ни старался.

Балду вполне устроило то, что он оставался тут и в ус не дул, так более того, он не ушел с пустыми руками, обещание о помощи уносил с собой, а ведь для начала это не так и мало оказалось.

Балда не стал торопиться, побыл с ними еще немного, Соловья подождал, тот должен был слова сынка своего подтвердить, заверить, что будет помощь из леса в трудную минуту и никуда она не денется.

№№№№№

Соловей от ворон встречных знал, что к ним Балда пожаловал и даже о том, что они там говорили, тоже ведал.

– Ну, молодец, за меня обещаниями кидается сынок, не иначе моя кровь, а не чужая, вряд ли холоп какой бы так размахнулся.

И трудно было сказать со стороны, радует ли это Соловья-батюшку или огорчает, скорее все-таки первое.

Балда заметил, что хорошо Чурила тут устроился, вольному не могла воля не нравиться. Хотя при его – то бурной деятельности тут простору было мало, с чертями управился, а дальше что? Ему к людям хотелось, власть получить и себя показать в этой власти, так только он себя и чувствовал человеком.

Просто каждый в этот мир для своего дела приходит, и никого ни с кем не стоит сравнивать.

№№№№№№

Прощался Балда с ними к вечеру, и какое-то странное и приятное чувство было у него в душе. В лесу он оставлял того, кто может стать его другом, и ни Чуриле, ни ему самому больше не будет так одиноко. Они вечно будут друг на друга оглядываться, а ведь это хорошо, если есть тот, кто готов тебе подставить плечо в трудную минуту.

То, что минут трудных будет еще не мало, в том не было никакого сомнения.