Чурила и Соловей Разбойник. Волшебные хроники

Пару деревьев сломал для острастки и умчался. некогда ему было тут оставаться.

Горыныч им только хвостом уже в полете помахал. Не собирался он снова в ближайшее время к ним наведываться, больно суеты много, и хорошо, что Яга еще перед всеми его отчитывать не стала, хмыкнула только, и богатырям говорила, какую и кто из них промашку совершил, и что в следующий раз делать надо.

Змей решил, что в следующий раз они без него обойдутся, пусть дураков в других местах ищут.

– Это тебе не с Кощеем биться, – говорит ему вслед Яга.

Наконец про него Яга вспомнила, да только она его и видела, близко его уже и не было там. Только рукой она махнула, да с богатырями вместе ужинать пошла. Блинов она им испекла, для поддержания сил растраченных, да не простых блинов, стоило ли над такими париться, а заговоренных, особенные блины это были. Как съели их богатыри, так не только силы свои утерянные восстановили, но и помудрели значительно и больше видеть и слышать, чем обычно стали они.

А Змей, как вырвался из их объятий, так и в полете еще решил с Кощеем тем самым шутку пошутить, и отправил его туда, откуда только что сам сбежал.

– Там ждут они тебя, не дождутся, все спрашивают, где Кощей, да где, ты бы уж туда отправился.

Тот и сам собирался заглянуть в лес заповедный, а раз Горыныч за ним залетел, так и еще шустрее собрался, Змей заверил, что его догонит, но тут же спать и завалился.

Кощей решил сразу свою силу и мощь показать, раз они так хотят, и перепутал сослепу богатырей, а посему, еще больше заморозил он Даждя, и еще сильнее Ярилу распалил, уверенный, что щедро дает каждому из них как раз то, чего ему и не хватает.

– Ну, молодец, а ты у меня спросил, что делать надо, Даждя он заморозил, размораживай скорее, да пошевеливайся.

– Вот еще. То замораживай, то размораживай.

– Да о тебе же пекусь, когда братец твой темный тебя в плен возьмет, только он тебя спасти сможет.

И так серьезно она о том говорила, что не усомнился в том Кощей. Вот и пришлось ему исполнить то, что требовалось от него.

Он с давних пор знал, что кого-кого, а Ягу слушать надо, она дурного никогда не посоветует, он и слушался.