Елена – дочь Софии. Дочери Руси

Страшно быть бедной и беззащитной.

Мария чувствовала, что в душе у Ольги что-то творится. Она не могла потерять ее, потому и не стала расспрашивать. Представить себе, что та сбежит, исчезнет, и оставить ее одну было страшнее всего. Лучше вовсе ничего не знать, так спокойнее и проще.

№№№№№№

Борису в те дни больше всего хотелось увидеть Ольгу, но он чувствовал, что ему незачем туда отправляться. Если бы они отправили Марию и Ольгу назад, он бы обрадовался этому. Потом его охватывали чувства, он готов был вскочить на коня, и мчатся туда, не разбирая дороги.

Вернувшиеся князья рассказали ему, что княжна как-то странно себя ведет. От нее нет никакого прока. Они и встретиться с нею, чтобы просто поговорить, никак не могут. А когда они ее видят, она кажется глухонемой.

И это снова подтолкнуло его к тому, чтобы встретиться с ней. Но и на этот раз его что-то остановило. Он только тяжело вздохнул и скрипнул зубами. Он понимал, что до судьбы дочери ему нет никакого дела, а показать свою слабость перед Ольгой он не мог, да и она не думает ему подчиняться.

№№№№№№№№

Как только за князем закрылась дверь, Мария беспомощно опустилась на кровать. Она очень хотела, чтобы он остался у нее до утра. Но она не смогла его о том попросить.

Когда он ушел, она повалилась на кровать и разрыдалась в первый раз за все время. Ольга столкнулась с князем в переходе и вошла в комнату, и остановилась перед рыдающей княгиней. А потом очнулась и бросилась к ней.

– Что стряслось? – невольно вырвалось у нее, – что он сделал?

– Ничего, – отвечала ты сквозь рыдания, – он ничего и не собирался делать. Что же это такое? Он сведет меня с ума. Ольга растерялась. Она не знала что делать, чего ожидать.

Глава 13 За стеной

До ушей великого князя Василия дошло известие о том, что Мария прорыдала всю ночь и заснула только на рассвете, он порой интересовался, что же творится с женой.

Эта весть его и удивила и даже поразила.

Он понял, что сын не ведает, о чем же его спрашивают. Ему даже показалось, что кто-то пошутил о слезах его невестки.

Но когда молодой князь заглянул к Марии, то сразу же понял, что его не обманули, она рыдала, и все еще не успокоилась, хотя слезы успели просохнуть.

– Что у вас стряслось? – не выдержал князь.

– А мне, что и рыдать запрещено? – невольно вырвалось у нее.