Чаша Сварога. Славянская сага. Славянский эпос. Начало начал

Сначала ему было очень тяжело, а потом он привык нестись с душой во тьму и лететь еще быстрее назад.

Ко всему привыкает даже человек за свой короткий век, а уж волк или дух в бесконечности и вовсе ко всему привыкнуть может. Он был добр, только какая разница уходящей душе, вернуться в мир она все равно не могла.

Скитаться в заповедном, а то и дремучем лесу не хотелось тоже. А в долине забвения они могли, наконец, успокоиться и забыться. Так все с людьми и утряслось.

Яга и кот Баюн подружились с волком.

– Чем меньше знает волк, тем он спокойнее, – решили эти двое.

Так все и протекало в веках. О ноже все забыли. Волк уверен был в том, что он создан для того, чтобы помочь уходящим людям перебраться в другое пространство. Никто лучше и быстрее его сделать этого не мог Он не был свободным, но ради растерянных, несчастных, умерших, готов был терпеть все, что связанно с его несвободой.

Пусть между землей и Пеклом, дорога в один конец на спине у огромного серого волка – это была последняя точка в творении миропорядка на земле. Как только все это определилось и установилось, больше ничего такого нового в мире этом не совершалось, до рокового часа. Когда в болотах потонуло все, что было так прекрасно и казалось вечным.

78 Кикиморы и Домовые, а в каждом доме, они охраняют то ли людей от всего остального мира.

К тому времени великаны исчезли без следа.

Они сделали свое дело – сдвинули горы, провели реки, как-то место расчистили, да и пропали теперь уже без следа. Их было мало, и сами они оказались неприспособленными к жизни совсем.

Другое дело люди. Те только сначала казались маленькими и слабыми, а на самом деле были сильны. Вернее, не сами даже по себе, но решили молодые боги, что надо их сохранить, потому что если они исчезнуть и придут на их место другие, то они будут еще хуже.

Долго беседовали Даждь и Ярило и так, и этак судили да рядили. Но всем было видно, что без духов не обойдутся люди.

Так и появились среди них Домовые. А Кикиморы вынуждены были своей богине подчиниться. Они поселились то в домах, то в курятниках, если в тех домах никак ужиться не могли.