Богиня тьмы Никта. Мифы и легенды

Она хотя и оставалась незаметной, но всегда была первой среди равных.

Глава 25 Дружная семейка

– А если бы я была сиротой безродной и не вашей сестрой, – спрашивала Эринния, – притворно разрыдавшись.

Но получилось очень убедительно.

– И тогда вы бы были так нетерпимы и жестоки к бедняжке?

– Но ты не бедняжка, ты скверное и злобное чудовище, хотя на первый взгляд и не скажешь, но мы знаем, что ты готова убить весь мир, лишь бы добиться своего. И правильно они сделали, что не позвали тебя.

Эрида готова была на них броситься, от ее кротости не осталось и следа. Но их было три. А оказаться избитой и побежденной своими – это уж слишком.

Эрида повернулась к матери. Разве не должна была та что-то сказать? И все разом они стали о чем-то спорить, так, что понять их было уже невозможно. Но Эрида улучшила момент и одной ей знакомым путем бросилась бежать от них, помня о том, что они должны были доставить ее к Зевсу на Олимп.

Только Немезида заметила ее побег раньше других, но она не успела и рта раскрыть. Ни одна из Эринний исчезновения Эриды пока еще не видела. Они были слишком увлечены собой и спором.

Опомнились они поздно. Пора было все бросить и бежать за ней. Но они не торопились, наверное, хотели, чтобы она убежала. Они не сомневались в том, что догонят ее и приволокут на Олимп в любое время дня и ночи, как бы далеко она не пыталась от них сбежать.

Три сестры могли гордиться тем, что никто и никогда от них не убегал, если даже очень этого хотел.

Не хотелось им устраивать погоню, а потом и драку (разве так просто уступит Эрида), в родных чертогах.

Они теперь спорили о том, что им делать дальше, куда податься. Но решили немного еще понежиться во тьме, никуда от них Эрида не сбежит

– Вы хотите оставить ее в покое и терзать меня? – удивленно спросила Лиса.

Она запуталась и не могла понять, в чем стоит справедливость, кто прав, кто виноват.

– Нет, – в один голос ответили три сестры, – не оставим мы ее, не бойся.

– У вас нет ни душ, ни сострадания, – вдруг крикнула Лисса, когда узнала, что никому от них не уйти, она разозлилась сильнее, вот и пойми их-то справедливость верши, то не трогай и пальцем злодейку.