Атлант и Зевс. Мифы и сказания

И весь мир, как ему казалось, был залит солнцем, светом.

– На своем Олимпе они и понятия не имели о том, как может быть прекрасна жизнь, – говорил сам себе Океан. Он пытался забыть о последних столкновениях с Зевсом. Только то, что милая его дочь оставалась с богами, не могло его не тревожить.

А над миром Зевса в те дни нависала беда. Хотя в первые дни Зевс не мог нарадоваться на молодую жену. Она была не только красива, но и необыкновенно умна и обольстительна. Но Эринния, и прежде питавшая к нему ненависть, готовая мстить, бросилась в схватку.

– И что еще? – спросил Зевс, изнывая от напряжения и дурных предчувствий.

– Сын твой свергнет тебя с престола, если ты, конечно, позволишь ему это сделать, да и вообще появиться на свет, – доверительно прибавила она.

И страшно побагровел и вспыхнул от ярости Зевс после таких слов.

Глава 10 Трудное решение

Все должно было еще раз повториться и отразиться на его собственной судьбе. Зевс хотело только одного предотвратить новые беды.

– Я предупрежден, хорошо, что Эринния появилась вовремя, пока не случилось непоправимого. После этого он и оставался спокоен и силен, уверенный, что спасает и себя, и остальной мир от беды.

– Она бы перехитрила меня, – размышлял Зевс, – как бы я не был силен, я не смогу с ней тягаться, я не могу оставить ее в живых.

Но от этих слов он сам испытал страшную досаду, – ведь наверняка он сделал неправильный выбор.

Метида исчезла. Больше никто и никогда ее не видел, словно ее не существовало…. Если кто-то и не мог о ней забыть, так это был Зевс. Он почувствовал страшную головную боль. Когда она стала нестерпимой, Зевс в ярости потребовал, чтобы ему раскололи голову топором.

Как же все, кто находился рядом, были удивлены, когда оттуда вышла Афина во всем блеске своего боевого вооружения.

Афина была первым и самым любимым его ребенком. Не тот самый сын, о котором предупреждала Эринния, а воинственная дева. Зевс искренне любил это создание, порожденное им самим, как же мы все можем не любить то, что творили исключительно сами? Но он еще и чувствовал вину из-за того, что лишил ее матери, обрек на одиночество.