Атлант и Зевс. Мифы и сказания

Об этом ей позднее рассказывал Гермес, он не мог упустить такого события. Страдания матери и сына только начинались, оба знали, что они растянутся на века.

Глава 14 На Кавказ

Гермес все это время оставался рядом. Прометею это казалось насмешкой. Откуда взялся этот юнец, почему он так усердствует? – размышлял Прометей, чтобы хот как-то отвлечься от горьких размышлений.

Гермес не унимался, он дерзил, давал советы, словно это было так важно для Прометея.

– Ты останешься с ним, – усмехнулся Прометей, – тебе такая участь не грозит, потому что давно научился ко всем приспосабливаться.

.

Но разозлить Гермеса было невозможно. Он привык ко многому и не собирался отступать.

– И чем ты гордишься? Когда орел от тебя рожки и ножки оставит, тогда и посмотрим, кто из нас был прав, – самодовольно усмехнулся Гермес.

Впервые Прометей понял, что может быть и ему следовало быть более хитрым и гибким. Может тогда он не оказался бы в таком плачевном положении. Так в перепалке они и прибыли на край света, на Кавказ.

Тогда все трое и остановились они у той скалы, где Прометею придется не один век коротать. Невольно забыв о спутниках, Прометей вспомнил о своем детстве, о такой же пещере, где он когда-то появился на свет.

Ничего в горах с тех пор не изменилось, только Тартар на этот раз оказался значительно ближе. Туда они вместе с Зевсом и сбросили титанов, теперь противники его оказались рядом. Это неприятно его удивило.

– Орел, уже круживший в небесах, приглядывался к Прометею.

Гермес успел рассказать ему о том, что происходит, что требуется от этой птицы.

№№№№№№№№№

Гефест потрудился на славу. Не потому что он хотел послужить Зевсу. Он все делал очень хорошо, добротно всегда и не умел работать по-другому. Приковал он к скале Прометея основательно, не откуется сам, да и никто другой не оторвет.

– Он не сможет освободиться, даже если кто-то будет ему помогать, – размышлял между тем Гефест, – да и кто в ближайшее время решится его освободить?

Гермес на прощение еще раз взглянул на пленника.

Он чувствовал себя страшно обиженным. Но Прометей не собирался молить о пощаде. Он был спокоен и не собирался с ним разговаривать.

– Я свободен, всегда останусь свободным, что же я могу поделать? И вам ничего не удастся больше сделать, – таковы были последние слова Прометея, когда спутники покинули его.

Гермес решил забыть о неприятностях, о том, что он увидел и почувствовал на далеком Кавказе.