Атлант и Зевс. Мифы и сказания

И тогда потребовал он от богини Тьмы Гекаты, чтобы стал Атлант горой каменной и с места сдвинуться не смог, сколько бы ни пытался.

Взглянула Геката пристально на Громовержца.

– Так ты весь мир против себя настроишь, – только и сказала она ему. Но как потом один против всех сражаться будешь?

– Делай то, что говорю, потом без тебя решу, что и как мне делать, – отвечал он на это.

– И не подумаю, – встрепенулся она, – кому может такой обращение понравиться, уж ей точно оно показалось дерзким и вызывающим.

– Это еще почему?

– А потому что он мне нравится, нет в мире более доброго и прекрасного парня, зачем ему каменеть, с кем мы тогда остаться должны?

Не ожидал Зевс такого отпора от нее, растерялся даже сначала, отступил.

– Он не должен травить жизнь близким, – только и сказал тот, кто себя считал выше всех и сильнее.

Но уже тогда он научился властвовать собой, и быстро приходил в себяА потом вместе с Цирцеей думала и гадала Геката, чем мог так прогневить Зевса Атлант.

– Он виновен уже в том, что не рассыпается перед ним в благодарности за то, что не отнял у них мир, – только и могла сказать волшебница, других причин для гнева и на самом деле не было.

– Да жить пытается, у него не спрашивая позволения, да на него не оглядываясь, вот и вся беда.

Она и сама терзалась в догадках. С одной стороны надо было оставаться вместе с Зевсом, куда от него деться. Но она не могла предать Атланта ради него, он не заслуживал этого. Не могла она простить Зевсу властолюбия его дикого и нрава необузданного

Атлант тоже не сидел на месте, отправился он к Прометею, чтобы посмотреть на то, что с ним стало.

– Кронос, конечно, скотина хорошая, – только и смог сказать он, но сынок его еще хуже будет, – яростно воскликнул Атлант. Молча смотрел на него Прометей. Пока еще ни слова не произнес он в ответ на слова такие крамольные.

Тогда, присев на камень, стал вспоминать Атлант о давних временах. И обратился он к Прометею, чтобы немного отвлечь его от страданий.

– А помнишь, каким был мир, когда царил в нем хаос, – спрашивал он.

– Конечно, помню, – оживился немного Прометей, – а ты не помнишь, что было тогда, когда Кронос пожирал своих детей.

– Но он не от зла это делала, а потому что узнал страшную тайну. Он знал, что один из них должен свергнуть его с престола небесного. И не стал он слушать Гею, а только по зову собственного сердца и действовал.