Хока

Люди боялись спать в домах и ночевали на улице.

Началась паника. А, когда нашли первые трупы молодых парней, разорванные на части, горожане решили покинуть город.

«Но пришла мгла и поглотила город. И не было никакой возможности уйти», – так повествуется в летописях нашего города, – продолжал Гурин рассказ, – Все считали, что виной всему была колдунья, сестра купца, Дуняша. Ее подстерегли и жестоко, до смерти, побили. Мгла отступила. Нашествие кончилось. Но нигде не сказано, что или кто спасли город.

Оставшиеся в живых девушки проснулись, и некоторые оказались беременны.

Когда пришли сроки рожать, родили они мохнатых чудовищ, которые исчезли непонятно куда.

Вот, такая история. Говорят, что Черный идол мог исполнять абсолютно любое желание, даже самое невероятное. Но человек потом делался его рабом, его орудием. Так что трудно было сказать, идол работал на человека или человек на идола.

– Да, интересно, – сказал лейтенант Савчук, – так на чем мы остановились? Ах, да: зачем же кому-то понадобилась эта статуэтка?

– Гурин пожал плечами, задумчиво глядя на темный след на пустой подставке.

Расследование шло медленно, продвижения никакого не было. У следователя не было даже малейших зацепок. Материала было немного: разбитое стекло, показания соседки, да еще круглый след на пыльной подставке от пропавшего экспоната, и все.

Савчук поговорил со всеми «известными личностями» молодежных группировок, со своими осведомителями в преступном мире. Еще раз осмотрел комнату музея, которая была опечатана на время расследования, и не продвинулся ни на шаг.

Тогда он пошел в библиотеку. Просидев там полдня, он не нашел даже упоминания о Черном идоле. Дело грозило стать «глухарем». Если бы это была кража мобильного телефона или, даже, автомобиля, все было бы гораздо легче. И мотивы очевидны, и с частными лицами общаться было бы проще: никто бы нервы не трепал, работали бы себе спокойно. Другое дело, когда преступление совершалось на уровне государственных структур.

Вот украли эту маленькую, никчемную, не представляющую особой ценности, статуэтку, а раздули! Все, сколько-нибудь относящиеся к краеведческому музею, государственные чины целыми днями звонят в отдел, интересуются, как идет расследование, уже нашли или еще не нашли? И это раздражает, мешает и заставляет вновь и вновь идти в своих поисках по кругу.

Савчук брел по булыжной мостовой старого района города. Был вечер, но домой идти не хотелось – настроение было не то.