Секс-тренажер по соседству

Он издает рваный стон и одним движением сильных рук стягивает с меня и брюки, и слишком узкое белье.

Его член упирается в мои влажные губки, гладит, раздвигает их, открывая взору то, что между ними, а потом вдруг толкается внутрь, срывая с моих губ визг, и замирает.

– Двигай задницей, – сдавленно стонет он, и я чувствую, как его тело сотрясает еле заметная дрожь.

Начинаю медленно скользить влагалищем по его члену то отпуская, то засасывая обратно.

– Ох ты ж, Настя, какая ты тугая.

Хочется спросить, нравится ли ему, но судя по тому, какие звериные звуки он издает –вопрос лишний.

– Быстрее, Голубка. Двигайся, насаживайся сама! Это, – он выдыхает, – очень хорошее упражнение для мышц спины и ног.

Хочется усмехнуться, но я слишком занята, чтобы осознавать, что-то кроме его твердыни в моем мягком лоне, ощущая при этом каждую венку, испещряющую его орган.

– Быстрее, – уже гортанно рычит он и награждает меня шлепком по заднице, и я подчиняюсь.

Двигаю бедрами на огромной, как мне кажется, скорости, ощущая, как растет напряжение в мышцах не только спины, ног, но и живота.

И да!

У меня получается…

Наслаждение внутри нарастает по спирали. И в какой-то момент взрывается яркой вспышкой, когда Артем впивается в ягодичную плоть пальцами и с размаху делает несколько резких, мощных толчков, ударяя тела друг о друга, как молот о наковальню.

Выйдя быстро, он поднимает меня за косу и целует рванными толчками, рыча в рот, заливая пол семенем.

В его поцелуе было все – благодарность, желание и обещание новых, еще более извращенных удовольствий.

Они пугали и завораживали, и я поняла, что хочу просто им поддаться. Говорят, для счастья человеку нужно несколько составляющих его жизни. И я решаю, что Артем будет одной из них. Хотя бы ненадолго.

Чтобы потом, глотая очередные слезы о своей неудавшейся жизни, мне было что вспомнить.

– Ну что, – усмехается он.

– Как и сегодня, – слабо улыбаюсь я и сама касаюсь его таких близких, твердых губ. – А сам ты способен?

Артем фыркает и резким прыжком поднимается на ноги, только тут же пошатывается и удерживается рукой.

Я невольно усмехаюсь и вижу в его глазах восхищение. Такое легкое, как шелк, и такое же приятное, как эта ткань на ощупь.

Сама я подняться не могу.