Запомни, ты моя

– У вас есть спокойное место, чтобы поговорить?

– Со мной? – поднимает брови парень, но я с улыбкой качаю головой.

– С тем, кому вы записку отнесете.

– Счастливчик, – вздыхает он и, посмотрев по сторонам, заводит меня в темное помещение. – Сейчас запара, сюда никто не войдет.

Он оставляет меня одну, и темноту разрезает только свет, который просачивается с улицы, что забита фонарями. И я словно перед прыжком замираю, совершенно не знаю, как себя вести, когда Никита сюда войдет.

А может он не войдет, а разозлится и сожжет записку с простым: «Спасибо, Никита».

Но вот не проходит и двух минут, как дверь в помещение для персонала открывается, и меня сразу опаляет запахом виски.

Никита закрывает двери и стоит напротив в призывно мужской позе, засунув руки в карманы брюк.

Просто стоит и смотрит, ничего не предпринимая.

Но дышит так рвано, так часто, что создается впечатление, что сюда он бежал. Действительно хотел меня видеть? А может быть, он собрался рассказать, как хорошо ему живется с Надей? И все мои «спасибо» он видел в одном месте?

Словно в подтверждение пьяная фраза:

– Ну и что тебе надо? Депутатам не до простолюдинов.

Меня словно в грудь. С ноги. И боль острая застилает глаза слезами. Мне на это даже ответить нечего. Тем более, что спасибо я ему уже сказала.

Делаю шаг в сторону, больше видеть его пьяную рожу не могу.

И пусть мне хочется смотреть, как свет падает на острые черты его мужественного лица, как густые волосы отливают синевой в этой обстановке.

Но все это в прошлом.

Кажется, он оскотинился и превратился в отца окончательно.

Прохожу мимо, вдыхая запахи древесного одеколона и виски, чувствуя магнетическую энергетику, с которой борюсь из последних сил. Уже хватаюсь за ручку, чтобы покинуть любовь всей моей жизни, как вдруг он резко меня разворачивает.

Обида внутри меня рвется наружу, и я замахиваюсь, когда он с глухим ударом толкает меня к двери.

– Поверила? – стискивает он запястье и поднимает вверх, второе спустя секунду оказывается там же, пока я пытаюсь справиться с эмоциями и не устроить ему истерику. – Поверила в мои идиотские слова? Поверила, что я могу оставить тебя в покое? Поверила, что смогу без тебя?

Его голос все глуше, губы все ближе, а у меня перед глазами плывет, в ушах звон и горло пересыхает. Там словно пустыня в вечном ожидании дождя.