Добрые книжки. Книжка странствий. Книжка умелых рук. Книжка чудесных дел

Ибо он воочию видел таксиста, увозящего Кондратия Степаныча с чертовкой-суккубой, и смог бы распознать предприимчивого наглеца среди сонма телищевских обитателей.

– Вам не придётся меня долго ждать. – пообещал жених. – Я лишь на секунду заскочу домой, чтоб забрать документы, удостоверяющие сам факт свадьбы, поскольку эти документы могут понадобиться для племянника Кондратия Степаныча. Племянника не трудно чувственно обработать, учитывая, с какой лёгкостью в своё время был обработан я, и поэтому наличие документов с печатью должно оказать на него эффект холодного душа.

– Хорошо, я подожду. – занервничал от нетерпения Алексей Николаевич.

С невероятной быстротой, жених, едва скрывшись в подъезде, возник на балконе и крикнул, что вот он и дома, а поскольку документы лежат на самом видном месте, он не заставит себя долго собираться, а сию секунду спустится во двор.

– Абра-швабра-кадабра! – Алексей Николаевич повторил заветные слова Кондратия Степаныча.

Жених тотчас выскочил из подъезда, переодетый несколько вызывающе и фиглярно, очевидно намереваясь ошеломить беглянку-невесту.

– Здесь у меня документы, удостоверяющие свадебный обряд, и ещё я захватил бараний окорок, который надо бы доесть. – сказал жених. – Возможно, нас ожидает не близкий путь, а в дороге не помешает подкрепиться.

Алексей Николаевич одобрил окорок.

– Кажется, тот переулок выведет нас на шоссе, которое приведёт в Телищево? – спросил он, разглядывая окрестности.

– Зачем нам шоссе? – удивился жених. – Если мы пойдём по шоссе, то совершим огромный крюк. Я предлагаю не тратить силы, а пуститься напрямик по тропинкам, обычно используемые дачниками.

– Знаю-знаю я эти болотистые тропки, полюбившиеся дачникам и грибникам. – вздохнул Алексей Николаевич. – Весь извазюкаешься, пока дойдёшь. Но сегодняшний день достаточно сух и погож, нам не грех воспользоваться хорошей погодой, чтоб пойти напрямик. Я надеюсь, что мы нигде не застрянем.

– Не должны застрять. Пойдёмте же.

*****

Алексей Николаевич двигался привычным шагом бывалого путешественника, всматриваясь в засохшие лужи и рытвины внимательней, чем иные следственные органы разглядывают результаты кровавых оргий. Оживлённый жених старался не отставать и, кажется, терпеть не мог долгого молчания.

– Вы очень мудрый человек, вы должны много чего знать. – обратился он к Алексею Николаевичу.