Куплю тебя, Девочка

Кажется, что по мне проехал как минимум каток.

Перед тем как подняться, сжимаю челюсть. Боль в ногах адская. Пошатываюсь, двигаюсь по стенке. Впереди цель. Рюкзак с деньгами. Мышцы ноют, тело в засосах, между ног будто полк солдат прошёл, но впервые в жизни я счастлива… Ведь свобода так близко. Все было не зря.

Только тяну руку, слышу хриплое:

– Алена…

Дыхание перехватывает, словно я снова под ним, снова двигаюсь под жесткие толчки и падаю в поцелуи.

Замираю и отклоняюсь назад к стенке, чтобы взглянуть на кровать.

Этот вепрь, который совершенно не знает, как быть нежным, так и лежит с голой задницей. Храпит.

И я невольно останавливаю взгляд на литых мышцах спины, татуировке, что спускается к лопаткам с плеч.

И загипнотизированная понимаю, нужно идти. Бежать. Делать документы и валить из страны. Но свет, выбивающийся из портьеры, достигает его талии, привлекая к ней мое особенное внимание.

Там на боку овальное родимое пятно.

И словно дежавю в мозг врезается давно потерянное имя. Никита.

Проваливаюсь в бездну воспоминаний, где эхом раздаются детские, до боли знакомые голоса.

– Смотри, у нас родимое пятно в одном месте, может мы брат и сестра?

– Это ни о чем не говорит…

– Я бы хотел маленькую сестренку, хочешь ею стать?

– Зачем?

– Защищал бы тебя…

– Ты себя защитить не можешь…

– Я научусь…

Никита. Мне кажется, это имя давно фантомная боль. Призрак, помогающий мне двигаться к мечте.

В безопасность.

Мальчик, с которым мы когда-то воровали сгущенку из кабинета заведующей детским домом, а потом получали за это ремня.

Мне тогда казалось это больно. Но я даже не подозревала, какой она может быть.

Мы с Никитой дружили с самого его появления в детском доме. Клялись друг другу на крови, что даже если расстанемся, всегда будет вместе.... Глупо, да? Но в детстве я верила в это. И в самое тяжелое время обращалась к шраму, что оставил на мне ножик в его руке.

Я часто водила по вырезанным на коже буквам, почти зажившим, но оставившим тонкие белые шрамы.

Они и сейчас там. Н. И. К. И. Т. А. Шесть букв, еле вместившихся в родимое пятно в форме овала. Точно такого же как у него…

Горло перехватывает от боли… Руки сжимаются в кулаки, когда я иду в сторону кровати, словно в свинцовых туфлях.

Каждый шаг отдается таким стуком в сердце, словно лопается барабан.

Сглатываю, наклоняясь к боку мужчины, почти касаюсь пальцами родимого пятна и светлых, еле видных букв. А.Л.Е.Н.