Вторая невеста Драконьего лорда

Теперь я знала, что раньше времени рыпаться не имеет смысла. Нас проводят прямо до берега, а вот там уже можно сбежать.

Проводив нас с Илоной к озерцу, кареглазый замер у берега, сложив руки на широкой груди.

– Вы так и будете стоять над душой? – поинтересовалась я, и не думая раздеваться.

– Мне нет дела до ваших прелестей, – отчеканил этот вуайерист-путешественник.

– А мне нет дела до вас, но моя сестра – леди, и ни один мужчина…

– О, вы невыносимы! – простонал он, оборвав мои только-только зарождающиеся нравоучения.

После чего повернулся ко мне спиной. Ну и к озеру, соответственно. И даже пару шагов вперед сделал.

– А вы невоспитанны. Вы даже не представились.

Всего на мгновение я опустила взгляд ниже его поясницы и тут же вернула в исходное положение, обругав себя последними словами!

– Рейтар.

– Рейтар – и все? – придирчиво уточнила я.

– Мойтесь, – приказали нам.

Илона тут же скинула верхний слой одежды. Снять платье я ей не позволила, потому как через кусты была отлично видна наша стоянка с суровыми воинами, что сидели у костра.

– А ваши имена?

Раздеваться только одной рукой было то еще издевательство, но я успешно справилась и с этим делом, попеременно придерживая дракона то с одной стороны, то с другой. В конце концов мы с Кирюшей вошли в озеро. Правда, всю его теплоту первой почувствовала я, а дракошка лишь тогда, когда я зашла поглубже.

Только окунувшись и как следует насладившись молчанием, я позволила себе ответ:

– Моя сестра Илона Гаргат, леди Гаргат.

Земли нашего отца испокон веков принадлежали нашему роду, – проговорила я, блаженно жмурясь.

Вода была не просто теплой. Обычно такой воде дают сравнение с парным молоком, но я его никогда руками не трогала и даже в глаза не видела, чтобы иметь полное представление о его температуре.

– А ты? – никак не отставал кареглазый.

– Амелия.

– Амелия – и все?

Я промолчала. Тратить время на разговоры не хотелось, да и я была занята дракошкой.

Попав в воду, этот чешуйчатый круглопузик все норовил выбраться из моих рук. Смеялся весело и задорно, бил по воде всеми лапками и хвостом и ехидно посматривал на меня. Мол, я тебя достаточно водой окатил или еще требуется?

Но я нашла способ временно угомонить его. Кирюше нравилось, когда я чесала его самую выдающуюся часть, в которой, как в черной дыре, пропадало все, что только можно было съесть.