Поцелуй меня завтра

Моментально одевшись, осторожно приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Никого не обнаружив, тихонько прошла в гостиную, а оттуда в Риткину спальню.

Девушка распласталась на постели в позе дохлой морской звезды и двигаться совершенно не собиралась. Кое-как столкнув ее на вторую половину кровати, с трудом отвоевала у нее свое одеяло и накрылась с головой. Щеки покраснели. А ведь я действительно сегодня ночевала вместе с Владимиром. Не просто в одной квартире, а прямо в его постели, рядом с ним, обнаженная. И он совершенно точно вчера целовал и обнимал меня.

Называл маленькой – так ласково, что трепет берет. Не малой, как обычно обращается к Ритке, а именно маленькой.

Если бы не знала точно, что все это произошло на самом деле, ни за что бы себе не поверила, но, к моему счастью, эта ночь была. Самая невероятная, самая короткая и самая желанная ночь.

Завтракали мы все вместе в столовой. Искоса поглядывала на Володю, но мужчина на меня не смотрел. Часто хмурился и почти не притронулся к завтраку.

Только кофе пил – крепкий, черный, без сахара и молока.

Ритка, когда проснулась, пыталась вызнать у меня, как так произошло, что я поцеловала ее старшего брата, но я держалась молодцом. Сделав большие глаза, я удивленно воскликнула и тихо проговорила:

– Да ты что? Как стыдно! А ведь я даже не помню.

Отчетливо видела, что подруга мне нисколько не поверила, но допытываться не стала, наивно пологая, что я сама не сдержусь и уже совсем скоро расскажу ей обо всех своих помыслах и спонтанных действиях.

Да счаз, как же! Только не об этом. Не о нем. Не о нас.

– Спасибо за гостеприимство и за вкусный завтрак, – улыбнулась я семейству Сокол, намекая, что мне уже пора домой.

Голова гудела и немного болела, но терпимо. Вполне смогу добраться до дома и выпить таблетку аспирина, чтобы завалиться на постель и не вставать с нее до самого вечера.

– Иди, дорогая, собирайся. Наш папа тебя отвезет, – проговорила Ольга Петровна.

– Нет-нет, спасибо, не нужно.

Я сама доберусь, – начала я убеждать в своей состоятельности, вновь испытывая неловкость от присутствия Владимира.

– Да, мам, не нужно, – вдруг вмешался в разговор свет моих очей, который в это утро был слишком задумчивым и будто вовсе отсутствовал в столовой, находясь мыслями далеко отсюда. – Я сам отвезу Евгешу. Мне все равно по пути.

Сердце билось часто-часто, а донельзя довольная улыбка так и выползала наружу, хотя перед Риткой я пыталась маскироваться.