Покинутая. Академия Проклятых

– Скажите, когда вы впервые обнаружили в себе магию? – Пристальный взгляд женщины вызывал неконтролируемую дрожь.

– Вчера, – ответила я, вспомнив, как засветилась прямо на завтраке.

Я не видела ни своих рук, ни своих ног, сидя за столом. Вокруг меня перламутровыми облаками, переливаясь, словно жемчуг, стелился белесый свет, заслоняющий абсолютно все.

Чужие испуганные крики потонули в этом свете. Только Старшая Сестра смогла призвать всех к спокойствию, а возможно, следствием возникшей тишины стало погаснувшее свечение.

Мой шок Сестры удачно приняли за испуг. Я и подумать не могла, что магия может так проявлять себя, а узнать заранее мне было просто не у кого. В Доме Покинутых никто не обладал хоть каким-нибудь даром.

– Не стоит лгать мне, Павлиция, – тепло улыбнулась директриса, пытаясь вызвать расположение. – Магия начинает проявлять себя задолго до того, как дар окончательно закрепляется. Итак, когда ваш дар впервые открылся вам?

– Не понимаю, о чем вы.

Под пристальным взором женщины я упрямо молчала. Тот самый первый день, когда моя магия неожиданно проявилась, я навсегда вычеркнула из своей жизни. И ни за что не желала его вспоминать, потому что страшно. Чужая смерть – это страшно.

– Хорошо, я не стану настаивать, – женщина отступила, выпрямилась, откидываясь на высокую спинку собственного кресла.

О ее истинных мыслях говорили только недовольно поджатые губы. Мой ответ магессу явно не устроил, но другого говорить ей я не собиралась ни при каких обстоятельствах.

– Чтобы определить свой дар, вы должны поместить кисть в центр артефакта, полностью погружая ее в свечение. В результате артефакт изменит цвет на тот, что соответствует вашей магии. Приступайте.

Я не понимала, как можно просунуть руку сквозь стекло. Весь мой скепсис наверняка отражался на моем лице, но просьбу я выполнила безоговорочно.

Не боялась. Покинутые вообще мало чего боялись в этой жизни, потому что самое страшное с нами уже произошло: в этом мире мы остались одни, но небольшое беспокойство все же шевельнулось в моей душе, когда пальцы проникли прямо сквозь прозрачное стекло, что на ощупь даже не чувствовалось.

Погрузив кисть прямо в центр этого воздушного шара, я слегка прикрыла веки, чтобы не ослепнуть от свечения, о котором предупреждала женщина, но оно так и не появилось. Стоило шару в одно мгновение почернеть, как я отдернула руку, прижав ее к себе.