Карамелька. Книга 1

Она находилась на самой окраине, потому что кораблям было необходимо пространство для взлета. Туда я и направлялась, остановившись только у невзрачной темно-зеленой будки кассира.

– Чего надо? – ворчливо окликнула меня пожилая дама, кончиком пальца поправляя сползшие на нос квадратные очки.

– Хочу купить билет, – не дрогнула я, спокойно доставая из рюкзака кошелек.

– Кто? Ты? Не смеши мои тапочки, они и так смешные, – скривила она губы, перекладывая какие-то листочки с места на место.

– Я хочу купить билет, – ответила настойчиво, отсчитывая двести семьдесят тысяч рушек.

Горка денег получилась внушительной, потому что крупными деньгами со мной расплачивались редко, но мне было все равно. Внимательно взглянув на меня, дама приподняла монетницу и ссыпала горку себе на стол. Скрупулезно пересчитывала каждую банкноту, раскладывая их по стопочкам, чем изрядно меня нервировала.

Время – оно шло против меня.

– Ваш билет, – протянула она желтую бумагу формата А5.

Даже не читала то, что в ней было написано.

И без того знала назубок, что, получая этот билет, я больше не существую как личность. Есть только солдат под длинным буквенно-цифирным номером и его права и обязанности, которые заключаются в том, что я больше никому и ничего не должна. Никому, кроме космической армии и аускомандира, чьи приказы обязана выполнять неукоснительно и в установленный срок.

А еще, если я вдруг забыла, напоминание о том, что впереди для меня только смерть. По крайней мере, получая этот билет, я согласилась с тем, что за мою жизнь никто, кроме меня, ответственности не несет – об этом тоже была соответствующая пометка.

Железные ворота со скрипучим механизмом медленно отъехали в сторону. Сердце колотилось в груди, словно ненормальное, будто точно знало, что сейчас под брезентовым навесом я делаю самые важные шаги в своей жизни. Что сейчас я разделяю свою жизнь на до и после. Сама, как то и должно было быть, если бы моя жизнь принадлежала мне.

– Добрый вечер, новобранец.

Еще немного, и ты бы опоздал на сегодняшний рейс, – не глядя на меня, произнес тучный пожилой мужчина в темно-синей военной форме.

Он стоял рядом с печкой, железная створка которой была распахнута настежь, открывая всем любопытным вид на огонь, что жадно пожирал чьи-то вещи. Именно эти вещи мужчина сейчас и проталкивал палкой как можно глубже.

– Я знаю, – спокойно ответила я, продолжая стоять.

Военный оборачивался медленно.