И замок в придачу

Нет, я, конечно, была очарована и все такое, но что же так быстро-то? А где же конфетно-букетный период? Серенады под окном, в конце концов? Что за мужики такие пошли? Чуть увидел – и сразу замуж! А если я в носу ковыряюсь или там жаб на завтрак ем?

И потом, между прочим, тут немало красавцев! Взять вот хотя бы того, вчерашнего! Я, может, самого достойного ищу!

Только я хотела мягко отказаться от этой сомнительной участи, как церемониймейстер трижды грохнул своим жезлом о пол, привлекая всеобщее внимание.

– Наместники пяти ледяных королевств, – как-то жалобно и будто извиняясь представил мужчина наших новых гостей, а у меня появился достойный повод слинять от ответа.

Да только слинять не получилось, потому что один из пяти мужчин, чьи лица скрывали черные полумаски, не замер на ступенях, как его друзья, а решительно пересек половину зала и остановился рядом со мной, полностью игнорируя коленопреклоненного.

– Потанцуем?

Глава 6

У меня не спрашивали, мне не предлагали.

Выражение лица Беральда надо было видеть!

Мужчина явно был шокирован подлянкой. Больше того – откровенно зол. Вскочив на ноги, он попытался перехватить нас прямо посреди вальса, но те четверо, что спустились в зал вслед за своим предводителем, не дали ему это сделать. Окружили, зажали у стены, перегораживая путь своими широкими спинами.

Бесполезные попытки Беральда прорваться даже вызывали жалость.

Нет-нет, эти молодцы ему были не по зубам.

– Между прочим, вы сорвали самый счастливый момент в жизни каждой девушки! – все-таки подобрала я цензурные слова, возмущенно глядя в голубые глаза.

– Это какой же? Разве девушкам нравится, когда перед ними унижаются? Ах, постойте! Наверное, вы говорите о тех сладких речах, в которых нет ни грамма правды. Тогда нижайше прошу меня простить, – ядовито улыбался этот тип, даже не пытаясь скрыть сарказма.

– Девушки любят ушами! – зачем-то ляпнула я, лишь бы оставить последнее слово за собой.

– А должны бы любить головой! – возразили мне и рванули с такой силой, что у меня ноги от пола оторвались.

Ничего не успевала увидеть, кроме жестокой усмешки, что застыла на красивом лице. Ничего и не видела, кроме льдистых глаз, которые принадлежали вчерашнему монстру.