Дикий танец Жасмин

Интересно, кем он был для Драйяна, раз разрешил использовать его имя рода? Возможно, именно к этому человеку меня и должны были привести. Если «Шагдарахский палач» был другом моего супруга, то наверняка не уступал ему ни в жестокости, ни в хитрости, так что еще неизвестно, где мне сейчас лучше. Если смотреть с этой стороны, то быть проданной рабыней не так уж и плохо.

– А теперь настоящий бриллиант сегодняшнего аукциона! Наследная принцесса Реверонга! – дождавшись тишины, выкрикнул работорговец.

На его губы скользнула довольная улыбка, когда легкий шум превратился в рокот возбужденных голосов.

Жасмин, как и я, шла сама, да только ноги ее сковывали железные кандалы, едва выглядывающие из-под подола халата. Смотрела на всех без интереса – гордая, непокоренная, несломленная. Прямая спина, слегка приподнятый подбородок и взгляд, который говорил слишком красноречиво. Она презирала всех тех, кто сегодня собрался здесь. Будто королева, она статно остановилась у края помоста, уничтожая покупателей лишь одним взмахом длинных пушистых ресниц.

– Мы хотим увидеть тело!

– Раздень ее!

– Пятнадцать тысяч золотых!

Но торг начался с поистине огромной суммы. Я думала, что это меня оценили дорого, но счет за Жасмин шел на сотни тысяч. А она… Она будто была не здесь.

Все изменилось в секунды. Оттолкнув расслабившегося охранника, она выхватила у него кинжал. Я вскрикнула от ужаса, когда Жасмин махнула лезвием, намереваясь перерезать себе горло, но не успела.

– Продана за четыреста тысяч золотых!

После неудачи девушка вновь пришла в себя и теперь спокойно следовала к клетке, а я пыталась найти в толпе того, кто заплатил за нее такую высокую цену. Все расходились. Кто-то направлялся ближе к нам, кто-то скрывался в особняке, а другие выстраивались в очередь у ворот, намереваясь уйти. Только мужчины на балконе по-прежнему сидели и стояли на своих местах.

– Зачем ты? – коротко шепнула я ей, оборачиваясь так, чтобы закрыть ее от взоров своей спиной.

– Ты же слышала. Я наследная принцесса Реверонга. Я не могу быть чьей-то рабыней, потому что тот, кто купил меня, запросто может стать королем. Такого я не позволю, – сухо проговорила она, а я заметила опасный блеск в ее черных глазах.