Синцэри

Мне приятно твое общество, но…

Я выскользнула из рук мужчины и снова заметалась по комнате, взмахнула руками, не зная, как выразить свои эмоции. Потом подошла к нему:

– Так что нужно сделать, чтобы ты смог познакомить меня с синцэрианами?

– Нужно, чтобы произошел доккинг. Или по-другому, нужно заняться сексом, но я вижу, чувствую, что ты не готова.

– Сексом? – я уставилась на Чортана. – Сексом?!

– Да. Пока мы не совершим доккинг, есть опасность, что кто-то из старейшин заберет тебя к себе или другой молодой синцэрианин проявит интерес и вызовет меня на состязание.

Я постаралась перевести тему:

– Скажи, как я могу получить информацию о вашей планете, о жителях, о законах или правилах?

– К тебе придут все знания от меня, после доккинга.

Я остановилась напротив Чортана, внимательно посмотрела ему в глаза.

– А почему ты просто не занялся со мной этим сексом, – я пощелкала пальцами руки -доккингом? Ты же чувствовал, что, когда мы целуемся, я возбуждаюсь.

– Да, чувствовал. Но этого недостаточно. Нужно, чтобы ты была готова.

– Я должна сама что-то сделать?

– Нет, не сама, а твой организм. В нас есть звериное чутье. Я не чувствую, что у тебя наступило время эструс или твою течку.

– Течку? Как у собак что ли?! – я хохотнула.

– Как у синцэрианок, – серьезно ответил мне Чортан, – твой организм должен быть готов принять меня и тогда доккинг пройдет безболезненно. Тем более, что это у тебя будет в первый раз. Я ведь правильно чувствую?

Мои щеки залились румянцем.

– Не нужно этого стыдится, моя душа. Я ведь целую неделю был на вашей планете и девушки нужного мне возраста, с нетронутой девственностью у вас большая редкость. А потом в клубе я почувствовал тебя.

– То есть? Ты выбрал меня из-за того, что я девственница? Не из-за внешности, не из-за того, что я тебе чем-то понравилась?

Я обиженно посмотрела на Чортана и засопела, а потом из меня стало выходить сердитое урчание.

– Фу-х, Цветана, не пугай меня, я уже готов был бежать.

– А что произошло? Почему я урчала? Что это со мной было?

– Ты рассердилась, душа моя.

– Рассердилась, да, но почему я урчала?

– Это ты предупреждала меня, что сердита и можешь кинуться на меня.