Жесть. Сборник хоррор рассказов

Распирающие ребра возможности изменить ход мировой истории, возможность держать чужие жизни в своих руках, возможность почувствовать себя Богом. Ведь человек был сотворен по его образу и подобию. Андрей Некрасов это превзошел.

Они объективно лучше других.

Это похоже на ментальный оргазм – чувствовать, как весь состоишь из внеземной силы, как раскаленное величие течет по венам, делая тебя неуязвимым. Это приятно – чувствовать себя таким. Приятно – быть лучшим.

«Тебе понравилось»

– Мне понравилось… – капитулирует Андрей.

Это не похоже на что-то человеческое.

Всепоглощающая мощь позволяет не прогибаться под чужими ожиданиями, дает право быть своим собственным человеком. Ну или Аббадоном. Потусторонним существом – какая разница.

Андрей повторно смывает с рук кровь, проходится по коже жестким бумажным полотенцем, досуха натирая ладони: «чистый снаружи – грязный внутри» – ирония для красивого заголовка остается невысказанной. Андрей выходит в зал, оставляя за собой красный цвет в осколках отражений.

– Если разрушение – это форма искусства, то мы самый настоящий шедевр, – бормочет себе под нос Андрей, разглядывая сбитые кулаки.

Слышит в голове одобрительную усмешку. Он научит его литературно выражаться, забыв про сухие, животные фразы. В конце концов, и демон должен у носителя чему-то учиться.

В забегаловке стоит плотный запах жареного теста и масла, забивая ноздри сладким ароматом всего, что приводит к циррозу печени и холестериновым бляшкам. Люди ленивыми мухами лопают нездоровый завтрак, заливая будущие болезни желудка кофеином, а сонные официанты стараются грубить посетителям не так явно.

– Смотри, куда прешь, мудила, – шикает Андрей на незадачливого паренька в строгом костюме.

Тот выглядит дешево – явно хочет казаться дороже, чем есть. Андрей ненавидит лицемеров. Аббадон тоже.

– Что вы себе позволяете? – взвизгивает паренек, – кто дал вам право оскорблять меня? – щетинится он, гордо вздергивая голову, но осекается, когда Некрасов кидает на офисную сошку уничтожающий взгляд.

– Во-первых, тебя, пидораса тупорылого, никто не оскорблял, – нарочито ласково произносит Аббадон, наклоняясь к пареньку. Берет его за лацкан пиджака, показывая, что хозяин здесь отнюдь не он, – во вторых, выеба вонючая, еще раз так сделаешь, и я твой палец, хуйло, раздроблю и по кусочкам в жопу запихаю, ты понял? – возле лица парня рычит Аббадон. Сбрасывает с лица маску враждебности, приветливо улыбаясь. – Приятного дня, молодой человек.