Маска Зверя. [история чёрного серебра]

Ни на его руках, ни на шее я не нашел царапин или порезов, так что пришлось рискнуть и укусить.

Я укусил вот сюда, почти в самое плечо, чтобы не было заметно под одеждой. Кусал очень осторожно, одним клыком, чтобы не было ясно, что оставшийся след – от зубов. В одной из историй Филиппа я слышал, что лучше делать именно так.

До этого момента я пил кровь единственный раз в жизни, больше месяца назад, но, пока я не слизнул первую каплю, не осознавал, как проголодался. А держать Ваню было так приятно – как щенка или котенка.

– А ты?

– Тоже проспал до обеда. Но перед этим гулял всю ночь. Было так тепло, так хорошо! Я выскользнул из дома, перелез через забор, чтобы не скрипеть калиткой и просто ходил по поселку. А потом на дуб залез. Такой огромный, старый сухой, как в сказке. Я долез, наверное, до середины и на развилке ветвей просидел до рассвета. С одной стороны был виден поселок, как на ладони, а с другой – старая-престарая осевшая церковь с колокольней.

– Тот мальчик потом ничего не вспомнил?

– Кажется, нет. В любом случае, он ни о чем не расскажет, иначе ему придется рассказать и про кокаин. Так что ты обо всем этом скажешь?

Марк задумчиво пожал плечами.

– Возможно, в этот раз все действительно сложилось на редкость удачно. Но не рискуй так больше, пока не наберешься сил.

– Хорошо, – согласился Саша. Он еще раз лениво потянулся в кресле, но затем вдруг встал и пересел на подоконник.

– Ты сегодня не слишком спешишь домой, – заметил Марк.

– Если я тебя утомил, могу уйти.

– Нет, ты мне совершенно не мешаешь. Оставайся хоть на всю ночь.

– Могу и ночь просидеть – сегодня папенька уехал на дачу к Барятовым и до пятнадцатого числа не появится. Нам с Денисом денег оставил – мол, мы оба уже взрослые – велел дома не безобразить, и уехал. А Денис целыми днями где-то пропадает.

– Ты что-то не рад нежданной свободе.

Саша немного грустно улыбнулся.

– У меня ведь в начале августа День Рождения. Мы, честно говоря, его никогда широко не справляли. Но в этом году выходит, что почти никого не будет, разве что приятели по гимназии смогут прийти. А матушка, мало того, что сама у Софи на даче до сентября останется, так еще и бабушке с дедушкой, и крестным моим написала, что я только иду на поправку и любое переутомление, любое застолье может быть для меня вредно.