И следом за мною исчезнешь в тени. Рассказы

На прошлой седмице присылали девицу попроще, даже не куртизанку, а просто веселую, страстную, искренне готовую услужить.

Нет.

Деметреш желал. О, кто бы знал, какие восхитительные, порочные грёзы терзали его ночами, особенно при полной Луне.

Он всегда плохо спал ночами…

Но он запретил себе даже мыслить о том, чтобы претворить грёзы в жизнь.

Однажды он зашел слишком далеко. Счастье, что братья так и не узнали. Они бы так не шутили. Они бы сожгли его.

Деметреш, один из четырех Старших братьев, любимый сын покойного ныне Великого отца, вставал раньше всех в Ордене.

У прочих имелась целая свита, включая весёлых приветливых служанок, но и все они вкупе не хранили такого груза тайны, как Деметреш с Альтци.

Альтци проводил блудницу тайным коридором, затем заглянул на кухню и от парной туши быка отсек несколько тонких ломтиков свежего мяса. Деметреш тем временем умылся, сам облачился в сутану, причесал свои длинные тёмные волосы, уже тронутые проседью, и сел к столу.

Деметреш скоро разделался с мясом, орудуя ножом и двузубой вилкой, выпил половину кубка воды.

После такого завтрака он выдержит и трапезу с братьями.

Надевая на плечи хозяина чёрную с багрянцем мантию с длинными рукавами и серебристой опушкой, Альтци обронил:

– Случайно ли братья прислали столь дорогую женщину именно сегодня? Об этой слышал даже я…

– Случайно, – отрезал Деметреш.

Слава светлым богам! Они не представляют, что на самом деле значит этот день. Деметреш только удивился, что, ни секунды не раздумывая, сам вспомнил об этом.

Наконец, Альтци надел ему на шею тяжёлую серебряную цепь с фиалом, полным воды из священного источника. Деметреш преодолел спазм в желудке, перевел дыхание и вышагнул из своих покоев в коридоры замка.

Как человек шагает в ледяную воду или в парную, наполненную жаром.

2

Альтци был стар, Деметреш привык к нему. Присутствие Альтци сделалось переносимым. Непереносимым бывало его ворчание… Но это уже другое.

Присутствие иных людей было пыткой, к которой Деметреш привык. Привыкает ведь калека хромать.

Так и Деметреш уже привычно чувствовал жар и дрожь, когда люди проходили мимо. Они были прекрасны и желанны, все до единого. Зато концентрация на этом ужасе помогала Деметрешу сохранить логику мысли.