Вестник ужаса. Аксерион

Единственной для него отрадой являлись субботние занятия музыкой. На них юноша хоть как-то мог само-выразиться.

Паренек выглядел покинутым, он с грустью смотрел вниз на освещенные улицы города, между высотными сооружениями, которыми проходила фуникулёрная линия. Что-то его тревожило. Но вот фуникулёр подошел к остановке академии, и пассажир с опущенной головой вышел из вагона, вместе с другими студентами академии. Постояв немного на просторной площадке, огороженной двухметровым решетчатым забором, он посмотрел на звездные просторы космоса, затем подошёл к забору и глянул вниз.

С высоты платформы, проходящий внизу, транспорт выглядел совсем крошечным. Перед ним вздымались высокие, усыпанные плакатами и рекламами громады зданий и блоков рабочего класса, подобные колоннам, освещенные желто-зелеными огнями. Казалось, что они вот-вот дотянутся до этих ярких густых звезд. Парень посмотрел на часы – время уже поджимало.

«Нужно успеть на занятия».

Он развернулся в противоположную сторону и зашагал к пятнадцатиэтажной пристройке корпуса академии.

В размышлениях о серой жизни он наткнулся на мысль о том, что было бы неплохо заняться чем-то новым. Ведь сознание всегда требовало свежего, и насколько бы те или иные вещи ему нравились, проходило время, и они приедались, вызывая тем самым отвращение и ненависть к объекту обожания. Подобно застоявшемуся без полива цветку, он чувствовал себя вялым и высохшим, неспособным на смелые поступки и рвения. И так с ним происходило всю жизнь.

Один за другим – менялись коллективы: одни приходили, другие уходили, никто не задерживался в его кругу. Не в силах найти общих тем с окружающими, юноша будто чувствовал себя загнанным в комнату с серыми стенами одиночества. Был только один объект обожания, к которому парнишку очень сильно тянуло, но преграда тех самых серых стен не давала добраться до него. Он слепо тыкался в углы этой комнаты, не в силах найти дверей выхода. И осознание того, что без помощи ему из этой комнаты не выйти, загоняло юношу в еще более глубокое отчаяние.

Он поймал себя на том, что совсем приуныл по пути к академии, и поднял нос, устремляя вдаль свой взор. Здание академии состояло из четырех корпусов, сочлененных между собой тоннельными переходами, через каждые два этажа. Они были высотой в десять метров, и каждый из корпусов был по пятнадцать этажей, на которых студентам преподавали разные науки. Под зданиями были рассажены разного габарита деревья.