Империя. Фаворитка

Ведь была бы велика вероятность, что их первенца наградили бы постыдным в Акелонии прозвищем «бастард», а в Лекании ему не присягнули бы на верность.

Как не прискорбно было это осознавать, но шансы на брак с герцогом Леканом после пленения Изабеллы королём стали ничтожно малы. Все далеко идущие планы её матери потеряли всякий смысл, обесценив Изу в глазах завидного жениха. Но судьба сама, тут же давала ей другую возможность исполнить своё предназначение. Можно и без войны герцогства с королевством усадить на трон потомка Хараз.

– Леди Бригитта, а Его Высочеству сколько лет? – спросила Изабелла у всё ещё поправляющей её наряд придворной дамы.

– Двадцать пять, – оторвавшись от вышивки на глубоком декольте, ответила её покровительница и, поняв зачем та задала этот вопрос, хитро улыбнулась.

– Тогда почему Эдуард до сих пор не женат?

– Король Альфред уже шесть лет ведёт переговоры о браке принца с дочерью императора, но, как видишь, безуспешно, – ядовито подметила подруга Морны.

Видно было, что власть узурпаторской семейке ей была так же оскорбительна, как и матери баронеты. – И я думаю, что ничего у короля не получится. Император Ванса слишком суеверен и боится проклятий.

– Проклятий? – настороженно спросила Изабелла.

Баронета не была такой уж суеверной, как этот Ванса, но всё-таки проклятия всегда внушали некое опасение. Вдруг это было что-то очень зловещее? Например, все жёны принца будут умирать или … Или что-нибудь в таком роде.

– Да, – тихо прошептала леди Бригитта, осмотревшись по сторонам.

При дворе и у стен есть уши. – Верховная жрица Четырёх Стихий прокляла Касс.

– А как? – и поежившись не то от сквозняка, не то от самовнушения, девушкам тоже осмотрелась.

– Она выкрикнула в охватившем её пламени…

И тут дверь, разделяющая покои фаворитки и наследного принца, скрипнула. На свет свечей вышел Эдуард. Леди Бригитта замолчала и, поклонившись вошедшему, отошла от Изабеллы. Жутко интересная тайна так и осталась тайной в тот вечер.

А баронете так хотелось узнать подробности проклятия. Но стоило только Эдуарду выйти на свет, как Иза улыбнулась. Леди Бригитта снова оказалась права. Её платье гармонировало с его жакетом. От чего принц и его фаворитка были словно две половинки одного целого.

Эту гармонию заметил и сам Эдуард. Разглядывая отражения в ирагонском зеркале, он испытывал настоящий восторг. Пограничная баронета затмила своей красотой всех родовитых леди при дворе.