Кафе Хенто

Проведя множество тестов с пациентами и добровольцами, выявилось, что и подсознательные реакции, на которые так надеялся Вадим Петрович, тоже сформированы генами, внешними факторами и особенностями работы мозга, а их отклонения часто свидетельствовали о заболеваниях, а не об уникальных качествах личности. Но Вадим Петрович не унывал, он ехал на работу и продумывал план новых тестов, в которые он включит детей до года. Эта прекрасная мысль посетила его утром. Улыбаясь, Вадим Петрович расслабился и ненадолго потерял бдительность, и когда красный БМВ с пьяным водителем резко вывернул на встречную полосу, не успел правильно среагировать.

Скончался Вадим Петрович через две минуты после аварии. Точнее, он выбрался из своего искореженного автомобиля, огляделся и увидел человека с большими крыльями за спиной. Человек улыбнулся и протянул Вадиму Петровичу руку.

– Кто вы? – спросил Вадим Петрович.

– Я ваш сопровождающий ангел, пойдемте, – ответил человек с крыльями.

– Я был прав – душа бессмертна, – сказал Вадим Петрович.

– Конечно, бессмертна, – улыбнулся ангел.

– Как жаль, что я не успел закончить свою работу, я был уже так близок, отмел все ненужное, – произнес Вадим Петрович.

– Нет, вы, профессор, были очень далеки, и вряд ли бы успели найти ответ, даже если бы прожили долго, – сказал ангел.

– Почему же? – спросил Вадим Петрович.

– Вы верите в то, что души являются уникальными, вы искали отличия и особенности души, и вы бы их не нашли, – ответил ангел.

– Неужели все души одинаковы? – ужаснулся своей догадки Вадим Петрович.

– А вы, даже сейчас, не чувствуете сути вещей? – спросил ангел.

– Ну, если я мертв и сохранил сознание, то получается, что сознание часть души, – ответил Вадим Петрович.

– Вы опять не правы. Но не буду вас мучить, вы все равно узнаете это рано или поздно. Нет никаких душ. Есть всего одна Душа. И она одна на всех. То прекрасное, бессмертное и непостижимое, то, что дал нам Бог, и она же и есть Бог, – сказал ангел.

Провал

Проклятье! Что же делать? Это только умри, и сразу же заставят отчитываться о невыполненном задании.

Нет, ну его. Жить. Я должна долго жить. Эх, все пустое, какое долго-то, сто лет максимум протяну и то, если без несчастных случаев. А Герольд может и устроить. Он-то уже понял, что я провалилась, и не просто так, а завалила всю операцию. Ой, как же не хочется видеть эту красную рожу шефа, слушать оскорбления и молчать! Ну, а что я могла? Надо что-то придумать.