Твоя истинная

– Ами! – и снова Кристобаль тряс меня за плечи.

Затем он обхватил ладонями мое лицо, наклонился низко, глядя в глаза, и не давая мне повернуться.

– Если ты будешь умирать раз за разом вместе с ними, сердце не выдержит! Не смотри на них, не думай о них! Ты должна это прекратить, оборвать связь!

– Я… Я не могу, Крис! Не знаю как!

Крупные слезы покатились из моих глаз одна за одной.

– Я знаю как, Ами. Но тебе не понравится. Или понравится…

Крис вдруг склонился и поцеловал меня прямо в губы.

Глава 12.

В которой все очень серьезно

Какие там восставшие мертвецы! Мне даже судьба Яриссы Прим, которая доблестно сражалась с давно почившим архимагом, была сейчас безразлична – Кристобаль заставил забыть обо всем, кроме него одного.

Я зажмурилась, чтобы не видеть того, что творилось вокруг, и сейчас это «усугубило» мое положение. Ощущения обострились. Я дышала Крисом. Свежий с легкой горчинкой аромат изысканного парфюма смешивался с теплым запахом чистого тела, одурманивая и подчиняя.

Кожа, мускус, морской бриз, осенняя листва… Сложный и опьяняющий, он напрочь перебивал затхлость старого склепа и зловоние мертвецов.

Руки истинного по-прежнему удерживали мое лицо в ладонях, лаская большими пальцами скулы. От этих неторопливых движений и от совсем не невинного поцелуя, внутри зарождалось то, чему у меня не было объяснения. Словно в животе разгоралось ласковое пламя, заставляя поджимать пальцы на ногах в предвкушении чего-то прекрасного.

Я и не подозревала, что поцелуй может быть настолько хорош, что время перестает иметь значение.

Как и все остальное. О том, что мы здесь не одни, вспомнила лишь тогда, когда он вдруг закончился. Не открывая глаз, потянулась следом за исчезнувшими губами.

– А-ма-лия… – имя прозвучало прерывисто и хрипло, больше похоже на выдох.

И в этом выдохе словно бы звучало предупреждение. А по телу побежали мурашки, и я возмущенно распахнула ресницы, недовольная тем, что меня вдруг лишили такого редкого удовольствия – целоваться с истинным.

Первым делом я попала в капкан ртутно-серых глаз, окаймленных темным ободком. Они мягко мерцали в темноте.

У Криса есть ночное зрение, отметила я походя. И отчего-то именно эта мысль вернула меня в реальность. Ойкнув, прижалась к истинному, снова прячась на широкой мужской груди. Я ужасно не хотела больше переживать смерти тех, кто уже давно умер, и боялась встретиться с ними взглядом.

– Тише, родная. Все закончилось.