Огонь в твоих глазах. Обещание

– Боюсь я, Кира, что и до тебя змей доберётся рано или поздно! Надо уходить отсюда.

– Уж я-то сумею за себя постоять! – Не очень уверенно ответила Кира.

Микор только усмехнулся, но насмешка не сорвалась с его языка. Он явно заставил себя говорить серьёзно:

– Положим, сумеешь одолеть Мордана и Харилу. К примеру, в лесу по одному. Ну, а дальше-то что? С Защитником тебе всё одно не совладать. Спалит и весь разговор! Да перед тем ещё и…

– Брось, Микор! Я почитай, что парень. Другой раз и не отличить вовсе.

– Да лето же на дворе. Скоро станет совсем жарко. И как ты будешь по улице ходить в шапке-то? Если что, парни платков не носят, – не удержался-таки от подколки друг, сверкнув ровными зубами.

– Ну так и обрежу вовсе! – Стояла на своём Кира. – Без кос я и в сарафане не нужна. Да и тот уже забыла, с какой стороны надевать! – она отвернулась и добавила тише: – Да и не красавица я, вовсе, как Ламита, или там Прасковья. Или Глашка…

– Это ты-то не красавица?! – Возмутился Микор, затевая многажды говоренный разговор, и снова шагнул ближе, ухватил за руку: – Ох, не знаешь ты себя, Кира!

Охотница горько усмехнулась:

– Да коли бы красавица была, от женихов бы отбоя не было! А так, вон – только ты.

– И только-то? Ты из-за этого решила, что никому не нужна? Боятся тебя парни, с такой как ты никто не сможет сказать, что он в доме хозяин.

– А ты? – Тихо спросила.

– А я – не боюсь, – после паузы ответил Микор, и тут же пошутил: – А все потому, что я один из всех могу с тобой совладать. Нас Каррон одинаково учил.

– Ой, да не говори гоп, пока не перепрыгнешь! Бывало и я тебе бока мяла.

– Да я же поддавался, а то ещё обидишься и не пойдёшь со мной в ночь Киаланы-заступницы.

Отчего-то шутка только разозлила и убила момент. Не этих слов Кира ждала.

– Ну и потом, а вдруг тин Хорвейг узнает, что ты – Каррона Защитника дочь?

– Тихо ты! – Шикнула Кира, удивлённая до глубины души. – Откуда прознал?

– Так ты же сама мне и сказала.

– Когда это?

– Да тогда, ещё в овине. В детстве.

– Ты же не поверил.

– Тогда не поверил – мал был. А вот потом…Не болеешь ты, Кира. Раны на тебе, что на собаке заживают.