Любовь понарошку, или Райд Эллэ против!

Не вышло хотя бы потому, что нерадивый хозяин дома действительно был мертвецки пьян и крепко спал прямо на полу, на самом сквозняке. Ближайшие к двери грибы-светильники почернели и поникли, погрузив прихожую в полумрак, одно хорошо – сивушные пары повыветрились, хотя смрад немытого тела и перегара всё равно безжалостно ударил в ноздри. Я приняла человеческий облик – так вонища уже не казалась столь ядрёной, и прикрыла дверь плотней – нельзя и дальше выпускать тёплый воздух.

– Чтоб тебя бесы в Чащу утащили, урод! – без жалости пнула Пэрри по голени.

С лестницы донёсся тихий голос:

– Халли, это ты?

– Нет. Это большой и страшный серый волк, который тебя съест!

Я бросилась наверх, а братишка с заливистым смехом пустился прочь.

– Не серый, а белый! Совсем нестрашный! И, вообще, маленький! – выдал он сквозь смех.

Со мной ему было не тягаться, и я настигла жертву в три прыжка, забросила на плечо, покружилась, наслаждаясь радостным визгом, и, смачно чмокнув в кончик носа, поставила на пол.

– Фу! Халли, не делай так! – он с наигранным отвращением тёр пипку и морщился. – Я уже большой для всего этого.

Дориан так старался казаться взрослым, что, не выдержав, снова его обняла. Мгновенно позабыв обо «всём этом», брат вцепился в меня ручонками:

– Я так рад, что ты пришла.

– Я тоже, милый. Что-то случилось?

Подняв братишку на руки, понесла в его комнату. К счастью, здесь, было намного теплей, кажется, он догадался запереться.

– Приходил дядя, говорил с отцом, а потом поднялся наверх.

Отчего-то безотчётный страх пополз по спине гадким слизнем намного раньше, чем я успела выяснить, что же за гость к нам приходил.

– Что за дядя, Дори? Он тебя не обидел? – постаралась, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее.

– Нет, что ты! Дядя добрый, подарил мне карандаши, вот. – Дориан вскочил с постели и продемонстрировал пачку самых обычных, купленных в нашей же канцелярской лавке, а на столе уже красовались новые рисунки, которые мне тут же и продемонстрировали: – Халли, это ты!

Взяла лист.

– Это, наверное, ты, – я указала на волка поменьше. – А это – я?

– Нет! – Дориан рассмеялся.