Клятва дракона, или Непокорная невеста

Игольник парализующий опасен лишь тем, что обездвиживает жертву на время. Но, похоже, ей сильно досталось, раз парализовало полностью. Ничего, скоро пройдет, и вы еще потанцуете вместе на балу, он продлится до позднего вечера, – ректор пристально посмотрела на меня, словно в поисках ответа на неозвученный вопрос.

Удивительно, но под взглядом этой строгой женщины, я ощутил себя нашкодившим мальчишкой.

– Она сказала… стеркулия! Точно! Стеркулия, не игольник, – припомнил я зачем-то.

– Стеркулия? – Цветана хохотнула.

 – Талира просто выругалась, эшшер!

Кажется, Цветану ждали, но я по-прежнему не знал, что делать со своей ношей. Не нести же к себе в бунгало. Мне кажется, я и без того дал повод думать о нас неправильно. Вон как косятся с любопытством окружающие.

– Возможно, ей стоит прилечь? – намекнул я. – Отнести ее в лечебницу?

– Не стоит. Лучше несите ее в бунгало, адептка Лис вас проводит.

– Эшшери… – запротестовала было та.

– Адептка Лис, проводите эшшера Холлварда до бунгало Талиры и окажите посильную помощь.

Заодно попросите прощения по дороге, раз уж серебряный дракон был так любезен, что избавил вас от заслуженного наказания.

Талария Блэкрок, адептка Академии весенних первоцветов, мастер чудовищ

Пока серебряный драконище домогал… То есть, «помогал», я едва не умерла от стыда. Никогда еще ни один мужчина не задирал мне подола! Не обшаривал ноги горячей, чуть шероховатой, ладонью. Ужасно! Ужасно приятно!..

То есть стыдно, конечно же! Стыдно!

Наверное, и ему тоже стало стыдно, раз, вытащив последний шип, он отошел в сторону и даже отвернулся.

Неловко ему, видите ли, стало? А я даже высказать не в состоянии все, что о нем думаю! Только и могу, что гневно сопеть.

Да, я почти задыхалась! Но не от яда плюща, а от возмущения, от негодования и от стыда!

Вот только наивный Дар все не так понял и развел панику, после чего эшшер Холлвард вернулся и порвал на мне платье! Как будто до этого мне унижений было мало. По крайней мере, треснуло оно так, словно там от корсажа ничего не осталось.

А я, между прочим, даже прикрыться не могу. Да что там прикрыться? Просто увидеть, что он натворил не в состоянии.

А как платьице жалко! Оно совсем новое и красивое. И себя жалко тоже! Не так я представляла себе бал весенних первоцветов в этом году. Ой не так!

От бессилия и неловкости разыграла обморок. Глаза закатила и картинно выдохнула. Надеюсь, этот бесстыдник не станет ничего такого со мной делать в подобном состоянии.