Академия Великой Матери

 – Да, точно! На волках тоже была какая-то броня.

– Ы-ы-ы! Новая разработка сияющих! – в голосе парня послышался благоговейный трепет. – Теперь оборотникам нет нужды бродить голышом, – казалось, Кэсси просто счастлив от этой новости. – А Верд? Ты видела, как он оборачивается?

Я вспомнила странный взгляд волчьих глаз.

– Бр-р. Не видела. И, вообще, твой любимый Теневой волк жуть жуткая и грубиян, каких свет не видывал!

– Он же тебя спас, не будь неблагодарной.

– Не помню, кто меня спас. Не успела разглядеть.

– Льяра, мужик просто устал, – Кэсси поморщился. – Подозреваю, это не единственная его вылазка. Помнишь, отряд куда-то спешил? Да и неизвестно, сколько раз он уже обернулся за день, раз ты увидела глаза его зверя.

– Мне нет до этого дела. Не хочу больше говорить о нём! – доказывая серьёзность своих слов, откусила огромный кусок пирога и принялась жевать, запивая какао. Вовремя Тилья подсунула мне тарелку.

Кэсси пристально наблюдал, как я уплетаю кусок за куском, и когда я схватила четвёртый, выдал:

– Слушай, я понял! Ты оборотник.

Я поперхнулась и закашлялась, а Сандр не преминул прийти на помощь. Его хлопки чуть не снесли меня с кровати.

– С чего ты взял?

– Но это же очевидно! – парень расплылся в улыбке. – Ты никого не лечила, – принялся он загибать длинные, узловатые пальцы. – Не управляла ростом деревьев.

– Но и не оборачивалась, – вставила я слово.

– Остальные – тоже. А ещё, судя по твоему рассказу, ты всё же пыталась помочь.

Сандр указал на ополовиненный пирог на тарелке. Хм, и когда я только успела?

– Да я просто голодная!

– Между прочим, это один из побочных эффектов.

Любопытство пересилило возмущение и желание спорить:

– А ещё какие побочные эффекты ещё есть?

– Потом на себе прочувствуешь, – усмехнулся Кэсси.

– Это что же, мне сделают татушку на шее? – скривилась.

– Только если начнёшь чудить, – Кэсии радостно оскалился.

– Ну не знаю, – я без задней мысли протянула руку и погладила спускающийся к ключице зеленоватый завиток его татуировки.

Парень затаил дыхание и осторожно убрал мою руку, будто ему стало неловко.

– Лучше так не делай, – смутился. – Это очень чувствительное место. Хотя, если хочешь, я как-нибудь дам тебе потрогать, – он наигранно посмотрел по сторонам, заговорщицки придвигаясь ближе.