Загляни в своё сердце

–-Заведи, –Андрей убрал руку с её живота и, удивляясь самому себе, немедленно ухватился на тугой холмик груди и немедленно сжал его.

–-Прекрати, – осипшим голосом отозвалась Лидка.

Он сжал грудь сильнее.

Она вскрикнула, сбросила его руку.

–-Дурак! Больно же! И, вообще, руки кто позволил распускать?

–-Пойдем на дачу, соку попьём, – предложил Андрей. И захрипел вожделённо. – Ещё вино есть, ну, домашнее… как бы бражка, но, как бы вино…

–-Знаю тебя – приставать начнёшь! – капризно дуя губки, дразнясь и улыбаясь, Лидка сбросила руки Андрея с грудей и даже чуть лягнулась.

–-А для чего ты приехала?! Чтобы я приставал!

–-Не воображай, – отмахнулась Лидка и тут же, показывая полную потерю интереса, наиграно задремала.

–-Не спи! – толкнул её Андрей.

–-Сплю, – сквозь сжатые губы отозвалась Лидка. – Не трогай меня!

Андрей, расслабленно опустившись на гальку, закрыл глаза. Мозг тут же отпустил мысли о Лидке и принялся за глубинные размышления, которые терзали его постоянно. Сейчас молодость, потом зрелость.

Ныне его молодость пропадала бесповоротно – он ничего не делал, проживал дни в бессмысленных занятиях, скучно транжиря бесценное время. Например, как сейчас. Уже было понятно, что план с физической близостью потерпел поражение. В чём же тогда дело? Какой смысл был сейчас вылёживать, не понятно что? А время летело быстрее птицы! И так во всём! Вставал вопрос: что же делать? Как изменить свою жизнь? Как?

–-Лидок, давай я тобой овладею? – голос Андрея прозвучал очень скучно и обыденно.

–-С ума сошел, – не открывая глаз, без эмоций, выговорила она. Выдержав паузу, словно размышляла о чём-то (Андрей знал, что Лидку солнечная процедура разогрела настолько, что шевелить языком в горячей неге ей было тяжело и поэтому она «тормозила»), она выдавила из себя. – Ни за что.

Совершенно без эмоций. Но такой отказ за реальный принять было не возможно, потому Андрей настаивал:

–-Не торопись с ответом. Нам было бы очень хорошо!

Лицо Лидки, с закрытыми глазами, устремлённое к солнцу, походило на пластмассовую маску.

–-Сама разберусь. И я не уверена, что будет хорошо.

–-Язвишь? – Андрей не обижался её отказу. Сейчас больше всего, поразило бы её согласие! Уговаривая, он уже совершенно не хотел с ней близости, но, как мужчина, считал, что домогательства, пусть обречённые на неудачу, поднимали курс его акций. Не в её глазах, в его собственных!

Лидка делала вид, что его приставания её не касаются.