Космическая грыжа. Глупое и нелепое нашествие на Землю

Лошадь протянула ему листовку. Эта Кристина – настоящая кобыла, она никогда не упускала возможности избавиться от своих бумажек. Я самостоятельно встала, обошла китайца, и медленно пошла дальше.

– … и розовые очки в подарок! – услышала я конец рекламного предложения.

Очков здесь раньше не было – какой-то новый развод. Но мне сейчас было не до очков, у меня намечался второй выговор за опоздание. И это только за последние две недели.

– П-с-с, – обратилась ко мне мартышка с очками. – Очки не желаете?

Я недоверчиво посмотрела на мартышку, потом на свои часы.

Уже опоздала. Я вздохнула. Печалька, что поделаешь. Нужно придумать правдоподобное оправдание. Я задумалась.

– Так, как насчет очков? – напомнила о себе мартышка.

– Нет, спасибо, – вежливо отказалась я.

– А Вам очень не помешают, – настояла мартышка и протянула мне зеркало.

Я взяла зеркало и начала рассматривать себя. Печалька… Кобыла поставила мне внушительный фингал, смотрелся он не очень.

– Печалька, – озвучила я и отдала мартышке зеркало.

– Очки? – и она, точнее он, если судить по голосу, протянул мне розовые очки.

– И что нужно купить, чтобы получить эти очки? – недоверчиво поинтересовалась я.

– Вам – совершенно бесплатно! – мартышка приподнял голову костюма и оттуда мне подмигнул уже знакомый паренек, предлагавший вчера спасти мир.

– И не нужно спасать мир? – прищурилась я.

– Это, как хотите, – мартышка снова надел голову.

– А почему мне бесплатно? – этот момент меня, все же, смущал.

– Фингал прикрыть, – невозмутимо заявил мартышка. – А я разберусь со своими очками, плюс минус одни, – махнул лапой он. – Не убьют же меня за это.

– Ну, если так, то спасибо! – я надела очки и посмотрела на небо.

На секунду солнце ослепило меня. Я зажмурилась, опустила голову, медленно приоткрыла глаза – все стало намного радужнее. Я улыбнулась и повернулась назад, к кобыле. Кобыла продолжала скакать с листовками. Вдалеке мелькнула бритая голова Евгения Олеговича, нашего администратора, именуемого за его спиной Крысом.

Я пригнулась – у меня есть возможность прийти на рабочее место, не замеченной им, а, значит, фактически не опоздать. Я повернулась к мартышке, но его уже не было. Хороший, все-таки, паренек, немного странный, но добрый.

И я рванула к магазину.

Помахав рукой Аньке, я умостилась на свое рабочее место. Анька, двадцатитрехлетняя блондинка во всех смыслах, сидела за кассой напротив и подпиливала свой безупречный маникюр.