Шептунья

Коллега прошел к дивану, над которым были развешены небольшие картины, он повернул голову на бок. Сочетание в инсталляции было интересным: тут были и морские пейзажи, и натюрморты, и бескрайние поля. Цветовая гамма менялась от бирюзовой морской сверху к желтой земной снизу. Казалось, что вот если сейчас повернуть голову, то можно увидеть в окне не тенистый сад, а море. Все картины были подписаны: «Саша».

– Странно…

– Послушайте! – перебила его старуха. – Раз уж вы предсказание хотите, то шли бы вы наверх, крышу мне починили бы.

Течет она у меня. Стройматериалы за малиной.

Олег, не поворачиваясь, опустил взгляд, слегка улыбнулся и быстро вышел из дома. Алексей последовал за ним.

– Ну что? Едем отсюда?

Олег отошел от дома, посмотрел на крышу. Там часть коричневой черепицы сошла вниз, торчал кусок худой толи.

– Нет! Ты что, не слышал? Мы однозначно остаемся! Надо же помочь бабушке!

– Напомню, срок завтра!

Олег ничего не ответил, он сходил к машине, достал из багажника инструменты.

Работы было часа на два, не больше.

Лестницу они нашли за домиком, строительных материалов тоже было в достатке. Алексей залез наверх по дереву, растущему у самой кромки крыши, сел на ветку. Лестницу он оставил Олегу. Оторвав толь, он нажал на трухлявую доску под ней.

– Гниль! – сказал он, смотря вниз на коллегу. – Надо менять три доски от балки до балки.

– Хорошо! Замерь пока. Я схожу за досками.

Олег вернулся к малиннику, снял клеенку со строительных материалов. В это время со стороны лестницы из орешника показался мужчина.

Он был коротко стриженным, сухощавым и постоянно сплевывал так, как будто слюна не держалась в его рту вовсе. С Олегом он здороваться не стал, а пройдя мимо него, сразу зашел в дом. Минут пять пробыв внутри, мужчина вышел, с раздражением буркнув:

– Идиотка!

Бабушка показалась чуть позже, она вышла с коромыслом и двумя алюминиевыми ведрами. Гремя ими, шептунья, едва передвигая ногами, пошла к лестнице. Алексею жалко было женщину.

Тот парень, что заходил в дом, похоже, относился к ней не очень хорошо. С крыши он не разобрал слов, однако слышал в приглушенной речи незнакомца нотки раздражения и пренебрежения.

– Я за водой питьевой ушла к колодцу! – сказала старуха дребезжащим голосом.

Олег быстро поднялся по лестнице на крышу.

– Я три доски оторвал! – пояснил Алексей. – Пили по двести десять сантиметров каждую. Гвозди еще надо найти.

– Угу! – ответил Олег, прищурившись.