Ритуал

Аида спрыгнула в яму и посветила поближе.

– Какая милая бабуля, – сказала она, заглядывая Косте через плечо.

Парень удивлённо смотрел на фото.

– Ага, – сказал он. – Это моя бабушка. Но она умерла около года назад.

– Правда? – удивилась Аида. – Она, что, похоронена здесь? Мы сейчас топчемся, буквально, на её костях? Что-то быстро она разложилась.

– Не неси чушь, – огрызнулся Костя. – Она жила в деревне, здесь, недалеко от города. И похоронили её на деревенском кладбище.

– Таки что? Нам теперь и её могилу вскрывать?

– Так, – вмешался Никита.

Все согласились с этим.

– Нам от бабушки дом в деревне остался. Он так и стоит пустой, – рассказывал Костя, когда они приехали к Никите и пили чай на кухне. Аида заметила, что его дом стал штаб-квартирой их маленького тайного общества.

– Так может, туда и надо ехать? – спросил Никита, нервно косясь на Аиду.

Сама же девушка с порога заявила, что по их вине вся перепачкалась «землицей кладбищенской», и что ей срочно нужно в душ. Так что теперь она сидела в уже полюбившейся ей жёлтой футболке, которая принадлежала Никите и которая ей была чуть ли не до колен.

– Надеюсь, ты прав, – согласился Костя. – Лезть в могилу ещё и к бабушке – это чересчур.

– Я буду долго смеяться, если именно это и придётся сделать, – заявила Аида, доедая последнюю конфету. Она успела нагло покопаться у Никиты в холодильнике и нашла там коробку шоколадных конфет, которые тут же и оприходовала.

– А ты не поедешь, – заявил Костя. – Твоя помощь больше не нужна. Кушай конфетки, ты их заработала. А потом иди домой.

Девушка обернулась, схватила с подставки кухонный нож и уже собралась отомстить зазнавшемуся мальчишке, но Никита, разгадав манёвр, успел схватить её за руку.

– Хватит, – строго сказал он и отобрал у девушки нож. – Может, тебе это и доставляет удовольствие, но больше никому.

– Ой-ёй-ёй, она убила Костю, – проворчала Аида. – Чего ему будет-то? Зато научится не грубить девушкам.

– А девушкам я и не грублю.

– Вот! – воскликнула Аида. – Ты слышал, Ник? Он сам нарывается.

– Действительно, Костя, хватит, – примирительно сказал Никита. – Сегодня был трудный день, точнее, ночь. Мы все перенервничали, устали.