Ритуал

 – Вот и я о том же.

На улице уже собиралась толпа, в основном это были водители автомобилей, которые не могли проехать из-за аварии. Никита взял друга за руку и повёл прочь.

– Так, – сказал он. – Не хочешь в больницу, пошли домой.

Костя не сопротивлялся. Он, как зачарованный, разглядывал предмет у себя на ладони.

Пока они шли к дому Никиты, Костя потихоньку отходил от шока. И когда он уже сидел на кухне у друга, он подумал: «Я пулю словил. Прямо в голову. И я жив».

У него начиналась тихая истерика.

– Ты, главное, не волнуйся, – сказал Никита тоном заботливой мамочки.

 – Расскажи по порядку: почему ты упал и откуда ты знал, что там пуля?

Костя промолчал, глядя в пол. Казалось, он вообще ничего не слышит. Никита задумался. Он видел, как Костя упал, видел кровь и дыру в асфальте, и пулю.

– Тебя кто-то хотел убить? – он не мог поверить тому, что сказал. – Не может быть. Кому что ты мог сделать?

– Никому, – рассеянно отозвался Костя. – Пойду вымою голову, а то кровь уже засохла.

Через пару минут Костя открыл воду, и Никита вспомнил, как обнаружил друга в холодной воде в день смерти Алисы.

Он вспомнил отсутствующий взгляд Кости и его слова про то, что было бы хорошо заболеть и умереть. Вспомнил, как Костя принёс диски и благодарил неизвестно за что, как будто прощался. И его стремление заработать денег на поездку, о которой и не вспоминал. Прогулки по часам и, наконец, пуля в асфальте и кровь. Никита ужаснулся, потому что всё понял.

В глубине души он надеялся, что не прав.

– Так тебе для этого были нужны деньги? Ты заказал сам себя? – спросил Ник, когда Костя вернулся на кухню и сел за стол.

Костя молчал, не поднимая глаз.

– Просто скажи мне – я прав?

Костя встал.

– Я, наверно, лучше пойду.

Никита тоже встал.

– Костя, – позвал он.

Костя посмотрел на него. Никита набрал воздуха в грудь.

– Извини, – сказал он.

– За… – Костя не успел договорить, потому что Никита ударил его прямо в солнечное сплетение. Костя резко выдохнул, упал обратно на стул и согнулся пополам.

– Ты совсем идиот?! – закричал на него Ник. – Да по тебе дурка плачет! – он немного успокоился, глядя, как загибается от боли его друг. – Ты обо мне подумал? А о матери своей?

Костя прохрипел:

– Это моя жизнь. Я могу распоряжаться ей так, как захочу. Ты-то здесь причём?

– Я твой друг, вообще-то, и мне не всё равно, что ты там надумал сделать со своей жизнью.

– Ничего. Найдёшь себе нового друга.

Никита снова начал закипать.