Ритуал

Чтобы его не убивали возле его дома, он договорился сразу. Не хотел, чтобы это видел кто-то из близких, и не хотел знать, когда конкретно это произойдёт.

В первый день, когда он вышел из дома в назначенное время, прошёл метров пятнадцать, телефон в его кармане завибрировал. Он остановился, достал мобильный и, пока открывал сообщение, кто-то хлопнул его по плечу. Костя вздрогнул и затравленно обернулся. Видимо, что-то такое было в его глазах, что Никита перестал улыбаться и отступил на шаг.

– Спокойно, брат, это всего лишь я.

Костя закрыл глаза и перевёл дыхание. Ну конечно, они так не работают. Снимут его по-тихому, незаметно.

Сердце колотилось как бешеное.

– Костя, – он услышал голос своего друга и открыл глаза. – Ты в порядке?

– Ты меня напугал, Ник, – не стал отпираться Костя.

– Извини. Ты куда, вообще? Я к тебе шёл, дело есть.

– Не сейчас, я занят.

– Чем?

Костя вздохнул.

– Правда, Ник, не сейчас.

Он развернулся и пошёл по направлению к той улице, на которой должна была оборваться его жизнь.

Костя медленно брёл по улице. Он знал, что до его воссоединения с Алисой остались жалкие минуты, он был рад, но страх одолевал его против воли. Он всё время ждал, что вот прямо сейчас это и случится. Рубашка прилипла к спине, потому что та была покрыта холодным потом. Он то и дело оглядывался и рассматривал крыши домов, в страхе увидеть на одной из них снайпера. Вглядывался в проходящих мимо людей, ожидая от каждого нападения.

Но в этот день так ничего и не произошло.

Никита заметил эти его прогулки. Каждый день Костя уходил и возвращался в одно и то же время, причём, ещё более потухшим, чем обычно. Словно Алиса восстала из мёртвых и снова умерла. Общение с Никитой он свёл к минимуму и о предстоящей поездке не говорил вообще.

Аида приготовилась ждать. Она расположилась на крыше девятиэтажки. Ничего нового, обычная рутина, убийство какого-то пацана. Точнее, его самоубийство. Аида не вникала в подробности, но, вроде как, очередная несчастная любовь.

Девушка фыркнула. Любовь. Сегодня одна, завтра другая и что? Из-за каждой самоубиваться? Впрочем, это её не касалось.