Служанка и человек. Сказка

– Мы и сейчас дружны, только моя голова не смогла ответить правильно на мой же вопрос, и потому Тиран распорядился разделить неверную с моим телом, хотя по этому поводу скорбят обе ипостаси.

– На какой же вопрос ваша голова не смогла ответить верно? – осведомился юноша.

Пророк рассказал про заморочку, рассказал о гневе Тирана, а потом умоляющим шепотом спросил, – А ты знаешь верный ответ?

– Знаю, – улыбнулся юноша.

– А мне не скажешь?

– Нет. И не потому, что не хочу, а потому, что это только повредит вам.

Глава 3

У Тирана

Как ни странно, но в ночь перед казнью тупоголовых пророков, Тиран спал прекрасно. Утром встал повеселевший и свежий, как огурчик. В нём проснулся интерес к Жизни, который он утратил после покорения последнего царства в своей округе.

Он очень тщательно приготовился к такому небывалому акту, как казнь всех пророков, которые хотя и не были умны, однако развлекали его иногда своей глупостью.

Он знал, что помилует тупоголовых, но прежде напустит великого страху. Пусть приужахнутся, а то распустились до одури.

Пророки вошли и стали у стенки, как испуганные тени.

– Не нашли ответа на свой вопрос? – усмехнулся Тиран.

– Мы не нашли, – хором ответили пророки, но ответ есть.

– У кого же?

Пророки вытолкали из своей среды очень красивого юношу, и опять же хором ответили, – У него.

Тиран приятно изумился, но виду не подал. Его свирепый взгляд моментально начал сверлить юношу на предмет испуга.

– Не испугался, – удивился Тиран, – Улыбается во весь рот. Вот идиот. Хотя нужно признать, что улыбка его обворожительна. Перед мнимой казнью нужно спросить у него, где он ухитрился раздобыть себе такие великолепные зубы.

– Ты знаешь ответ? – сурово спросил Тиран.

– Знаю, – улыбка юноши стала еще обворожительнее.

– Так, что на свете самое прекрасное?

– То, что любо твоей душе больше всего, – ответил юноша, – Об этом уже давно все сказки сказали, так что мой ответ стар, как мир.

– Брови Тирана поползли вверх, глаза потеплели, рот округлился и стал детским. Он громко захлопал в ладоши, похлопал юношу по плечу, как закадычного друга, и воскликнул, – Умница!. Хочешь, я тебе пол. царства отдам?

– Не хочу, – ответил юноша.

– Почему?

– Потому что у нас с тобой, мой Господин, один и тот же ответ на один тот же вопрос. Что твоей душе любо больше всего?

– Конечно, война.

– Вот и моей душе война по душе.